баннерная реклама :)

Главная » Украина» Как я ходила в поход в Крым

Как я ходила в поход в Крым 

май 2009

Мне холодно. Болит правое колено. Левое – тоже. Ноет правый голеностоп и спина. Проще перечислить то, что не болит. Вокруг темно и, как писали классики, "не видно ни зги". Я не могу разглядеть даже своих рук – правда, возможно, я не вижу их еще и потому, что они по локоть перемазаны грязью. Впрочем, в грязи все – брюки, свитер, куртка, рюкзак, лицо.

Я и сижу посреди грязного месива, на обочине грязной дороги, ведущей через густой и глухой темный лес. Вокруг – никого. В черном небе виднеется блеклый кусочек луны, которая почему-то не дает никакого света. Льет дождь. Дождевик разорвался надвое, когда я в очередной раз упала. Поэтому дождь льет прямо на меня.

Поэтому я не понимаю, плачу я или нет. Впрочем, наверное, плачу, потому что после 13 часов хода у меня подгибаются ноги, и я больше не могу идти дальше. Плачу, потому полчаса назад моя соседка по палатке, идущая в 10 метрах впереди меня, упала и сломала ногу (впрочем, то, что у нее перелом со смещением, я узнаю позже, пока я помню только то, что она вдруг страшно закричала и тут же рухнула в грязь). Плачу, потому что я не знаю, придет за мной в этот грязный темный лес или нет. Плачу потому совсем не на такой отдых я рассчитывала, когда отправлялась "легкий и веселый туристический поход для новичков, не требующий особой физической подготовки", как его расписывали в петербургском походном клубе "КП" ( www.vpoxod.ru ). Да, все начиналось совсем не так.

Как все начиналось

Все началось с того, что очередная зарубежная поездка не доставила мне столько позитива , сколько обычно. Все было как всегда: море, шезлонги, коктейли, танцы, экскурсии по древним развалинам и симпатичным городкам… И все было неплохо, если не считать того, что в других вариациях это все уже десяток раз было. И я решила поискать другие формы отдыха. Долго думать не пришлось, ибо с детства я желала сходить в поход. Мне грезились звездные небеса, посиделки у костра, дикие уголки природ и, разумеется, приключения. Особо поисками я не заморачивалась тоже.

Набрала в поисковике фразу "Походы в Санкт-Петербурге", открыла первый попавшийся сайт, который выглядел прилично и предлагал интересные маршруты по Крыму, Кавказу, Алтаю и прочему по более чем доступным ценам.

Не долго думая, я выбрала для себя поход по маршруту "Из Бахчисарая в Ялту" с 29 апреля по 11 мая, и отправилась на организационную встречу.

В походе я никогда раньше не была, поэтому главный вопрос, который меня волновал – это выдержу ли я поход физически, то есть смогу ли нести рюкзак положенное число километров?
"Конечно, уверил меня организатор походов Иван, – общественное снаряжение весит 5 килограмм, и если вы возьмете 5 кг личный вещей, то у вас получится легкий 10-килограммовый рюкзак, с которым комфортно идти каждому. С нами и пожилые люди ходили, и дети – и все в порядке!".
"У вас будут небольшие переходы, - добавила инструктор Ольга. - Километров 7-8, ну, в один из дней – 12. Это вообще один из самых легких маршрутов!".

"Привалы будут каждый час, а если вы устанете раньше, то просто подойдите к инструктору – и все подождут, пока Вы отдохнете, - продолжал распевать Иван. – Один инструктор идти спереди, а второй сзади, поэтому потеряться и отстать никто не может!"

Успокоенная, я отдала деньги, и отправилась домой готовиться к походным приключениям. О, если бы я знала, какие приключения меня ожидают!

Первый день (поезд)

Инструктор походного клуба Ольга, с которой мне (не)посчастливилось ехать в одном плацкартном отсеке, дрыхнет вторые сутки, на все вопросы своих подопечных отвечая: "Вот задают одни и те же вопросы, отвечать задолбаешься… Да и вообще- откуда, я , например, знаю, сколько километров мы в день идти будем? Сколько пройдем - столько и пройдем…"

Но такое поведение инструктора меня не особо печалит, ибо за окном поезда проносятся солнечные деревушки, цветущие вишни и синие небеса, попутчики поют под гитару смешные и грустные пенсии, а текила и задушевные разговоры льются рекой. В общем, все как в советских утоических фильма про походный туризм, и я вся в счастье, и полностью расслабиться мне мешают только мысли о РЮКЗАКЕ. С этим предметом походного снаряжения с самого начала все пошло не так.

Выдача снаряжения

-Паша, а где мой рюкзак?
Инструктор, который поведет мою группу в поход, смотрит на меня ничего не выражающими взглядом.
- Где мой рюкзак, Паша? – повторяю я снова, понимая, что с первого раза меня не поняли.
- Рюкзак? – как эхо повторяет Паша. Несколько часов назад я звонила ему, спрашивая, выдадут ли мне рюкзак и снаряжение. Паша ответил, что если я оплачивала, то выдадут. Очевидно, память у Паши не очень длинная.
-Рюкзак? – повторяет Паша еще раз, и вдруг, забыв обо мне, поворачивается в другую сторону.
Несколько минут я любуюсь накачанной Пашиной спиной, размышляя, как ему все-таки подходит фамилия, ибо полностью кличут нашего героя Павел Лохов (истинно, будто Гоголь его называл).

Потом снова повторяю:
-Паша, где мой рюкзак?
- А я откуда знаю, где Ваш рюкзак?- отвечает мне Паша.
Тут я зеленею-краснею и еще раз объясняю все Паше про снаряжение.

После этого Паша звонит главному организатору Ване и после долгих разговоров радостно сообщает мне:
- А мы забыли привезти Вам рюкзак!
- И что теперь?- спрашиваю я.
У Паши наступает ступор. Через некоторое время он осознает, что надо еще раз позвонить Ване…

Рюкзак я получила на следующий день от самого Вани (при чем на встречу он опоздал на 45 минут). Позже я узнала, что коллеги по походу получали свои рюкзаки с таким же приключениям.

В общем, укладывала я пресловутый рюкзак, уже сильно сомневаясь в умственных и организаторских способностях инструкторов и организаторов сего похода. Впрочем, отступать уже было поздно. Да и вообще я отступать не привыкла.

Сборы

Рюкзак оказался значительнее тяжелее, чем я думала. В походном клубе забыли упомянуть, что 5 кг общественного снаряжения могут волшебным образом превратиться в 8, еще добавлять полуторакилограммовый спальник и пенка граммов в 300-500. Таким образом, на личные вещи остается ноль килограммов, если учесть, что на предпоходных встречах девушкам советовали брать 10 - килограммовый рюкзак. Признаюсь честно, без фотоаппарата, косметики и минимума одежды я идти в поход была не готова. Поэтому рюкзачок выел килограммов на 13-14.

Вследствие этого, одеть рюкзак я могуисключительно из положения сидя. А встать вместе с ним мне удается только держась за стену или за другу человека. И при этом каждый раз когда я встаю с рюкзаком, в спине что-то неприятно ноет. Тем не менее, отступать уже поздно.

Кидаю последний взгляд на свою уютную недавно отремонтированную квартирку и выхожу за дверь.

До метро – 1, 3 километра. Иду пешком. Чтобы проверить себя. Встречные алкоголики при виде меня радостно кричат "Девушка, возьмите нас с собой, мы как раз в рюкзак поместимся!".

Дохожу плюхаюсь на сиденье метро. Забываю, что за спиной рюкзак – чуть не лечу с сиденья на пол. Решаю его снять. Рюкзак тяжелый, меня заносит в сторону и рюкзак падает прямо на рядом стоящего хрупкого молодого человека. Ему было не весело, мне, впрочем, тоже, ибо я поняла, что вес рюкзака может стать для меня проблемой.

Второй день

прибытие в Симферополь

Рюкзак тянет меня к земле, как три сотни чугунных ядер. В голове назйливо вертится мысль о том. Что надо вытащить фотоаппарат, после чего бросить рюкзак на перроне и уехать на маршрутке в Ялту. Но затем я делаю шаг, и еще шаг, и еще… Рюкзак тяжел по-прежнему, но я обнаруживаю, что могу с ним идти – по крайней мере, до симферопольского вокзала, где мы ждем первую электричку на Бахчисарай.

Кофе из "Макдональдса" и дружелюбные попутчики окончательно вселяют в меня уверенность в себе. Теперь я уверена, что могу влегкую покорить не только Ай-Петри, но и Эверест)))))

Первый день на маршруте – Бахчисарай

Нет ничего чудеснее маленького южного городка весенним утром. По крайней мере, когда идешь по нему, вдыхая ароматы цветущих яблонь и любуясь первыми солнечными бликами на стенах белых домов, тебе кажется именно так. И даже то, что твоя группа осталась б завтрака, поскольку его отдали человеку, который еще не приехал, не сильно портит тебе настроение. В конце концов, можно насытиться и духовной пищей, поскольку впереди экскурсия в Бахчисарай.

На экскурсии в Бахчисарайском дворце, как ни старайся, тебе не удастся запомнить сложносоставные имена многочисленных ханов, которые здесь правили и умирали поэтому лучше всего просто любоваться тюльпанами, узорной росписью стен, фонтанами, деревянными решетками, сквозь которые обитательницы гарема смотрели на белый свет. Еще можно представлять себе, как уютно был отдыхать жаркими днями у усыпанных подушками залах с фонтанами посередине. Правда, жаркие дни воображаются плохо, ибо над Крымом простирается серое ватное небо, с которого бесконечно сыплет холодный колючий дождик. Я начинаю задаваться себе вопросом: "Зачем я тащу с собой купальник и крем от загара?".

Под тем же моросящим дождем мы начинаем подъем к горному монастырю. Подъем действительно крутой- дыхание прерывается, коленки ноют, сердце норовит выскочить из груди. Зато преодолев 400 метров в гору ощущаешь себя истинным победителем.

Бросив рюкзаки мокнуть, идем на очередную экскурсию. Монастырь симпатичный. Но самый яркий экспонат – все те же горы, усыпанные белыми цветущими деревьями.

Километр вверх по жидкой скользящей под ногами грязи – и мы в крепости Чуфут-Кале. Там имеется большой ассортимент древних развален, но все равно смотреть ни на что кроме гор невозможно.

В животе, не кушавшем с 2 часов ночи начинает бурчать, а в голове – не спавшей с того же времени – кружиться. Я предвкушаю обед и отдых, и обед, наверное, все-таки предвкушаю больше.

Наконец добредя по жидкой грязи до лагеря, я откапываю рюкзаке (а это, как я обнаружила, чрезвычайно неудобный предмет, где нужно ужасно долго искать всякую мелочь) свои ложку и миску и несусь к стоящим у костра котлам… В котлах я обнаруживаю три прилипшие к стенке макаронины и ничего больше. "А мы думали, что уже все поели!"- хлопая глазами, говорит мне инструктор Ольга.

Поняв, что лишив завтрака, меня собираются лишить еще и обеда, я весьма рассвирепела. После чего мне была милостиво выдана парочка бутербродов.

Далее по плану мы должны были снять лагерь и пройти в этот же день еще 4-5 километров до следующей стоянки.

Но тут нашему инструктору Паше Лохову пришла в голову "гениальная" идея. Эта самая идея заключалась в следующем: Первая группа под предводительством инструктора Ольги выходит сегодня вечером, а наша группа под началом Паши остается ночевать у подножия Чуфут-Кале.

"А эти 5 километров мы пройдем завтра! В целом получится не так и много – всего 18 километров в день!" –радостно объявил Паша.

При словах "18 километров" наша группа впала в шок. Я, например, была не уверена, что пройдут 18 километров по ровной тропинке без рюкзака. А уж с рюкзаком, который тянул меня к земле как пять чугунных ядер! "Ну что вы! Неподготовленной группе протии 18 километров в день нереально! – успокоил нас инструктор Леша. – Паша пошутил так!".

Потом мы узнали, что Паша шутить не умеет. Но это было потом, а пока мы, довольные тем, что не надо никуда идти, наслаждались солнечным вечером, лазали по горам, болтали. Вечером купили вина, пели песни. Над горами медленно таял закат, от языков пламени летели оранжевые искры…

Несмотря на отдельные шероховатости, это был очень хороший день и очень хороший вечер. Главным образом, потому, что последующие были гораздо хуже.

Третий день

Второй день на маршруте - Грязь, дождь и ничего больше

Почему-то существует миф, что спать в палатке удобно, романтично и уютно. По крайней мере, до похода я неоднократно воображала себе, как я нежусь в теплом мягком спальничке, слушая пение птичек и прочие "звуки живой природы" за стенкой палатки.

Реальность оказалась жестока.

Для тех, кто еще не участвовал в экстремальном приключении под названием "поход", хочу сообщить, что спасть в палатке ГАДКО. Вот, именно таким некрасивым словом я это и обозначаю. И для такого вывода у меня есть причины:

1. Это холодно. По крайней мере, примерно в 4 утра я проснулась от ощущения, что лежу где-то в снегах Антарктиды, после чего заснуть было весьма проблематично.

2. Это жестко. Очень жестко! Несмотря на пенку. Однажды мне пришлось спасть на скамейке в парке- не знаю уж почему, но на скамейке в парке было удобнее.

3. Это мокро. Особенно если ночью шел дождь.

4. Это неудобно. Хотя мы вчетвером спали в пятиместно палатке, меня все время пинали соседи (и у меня есть подозрение, что я тоже пинала их).

Несмотря на такую ночевку, проснулась я в приподнятом настроении ( ибо по жизни приключения люблю и временные неудобства переношу спокойно), с удовольствием позавтракала овсяной кашей ( если высыпать в нее побольше изюма и вылить полбанки сгущенки, получается очень даже неплохо), после чего отправилась греться к костру.

Было холодно. Изо рта у всех вылетали облачка пара. Скоро зарядил дождь и мы облачились в разноцветные бесформенные дождевики, разом став похожими на ликвидаторов чернобыльской аварии.

"А ты что несешь из общественного снаряжения?" - вдруг спраосил меня один из спутников.
"Палатку!" - ответила я, со смутной надеждой на то, что он жаждет эту палатку у меня забрать.
"Тогда тебе не повезло!" - ухмыльнулся он.
"Почему это?"
"Да потому, что твоя палатка намокла и стала весить в два раза больше!"

После получения этой информации у меня подкосились ноги. Мне не надо было быть оракулом, чтобы предсказать, что с "палаткой, которая стала весить в два раза больше" я далеко не уйду. Но поскольку никто из попутчиков не выразил желания облегчить мою участь, делать было нечего – пришлось засовывать мокрую и грязную, как сопливый носовой платок, палатку в рюкзак, и топать с ней дальше.

Подъем в 800 метров (а именно с подъема начиналось почти каждое утро, поскольку все лагеря располагались в долинах) я выдержала достойно. И даже до вершины добралась не последней. Хотя если бы до похода кто-то скал мне, что я влезу в такую крутизну по такой грязи, я бы просто покрутила пальцем у виска.

Впрочем, в течение этого дня я еще не раз пойму, что могу больше, чем думала раньше. И еще не раз задам себе философский вопрос – а нужно ли мне мочь это больше?

Очевидно, на подъем ушли все мои силы (коих, судя по всему, у человека все-таки имеется ограниченное количество). Потому что после подъема я очень быстро отстала – сначала переместилась в середину группы. Потом – в конец. Потом – и вовсе стала замыкающей. Отставанию способствовало то, что дождь все шел и шел, а грязь на дороге, соответственно, становилась все глубже и глубже – ноги постоянно скользили, и приходилось идти очень осторожно, чтобы не упасть.

Как ни странно, я совсем не волновалась, что меня потеряют.

"Не переживайте, вас не потеряют, - звучали в ушах слова, повторяемые на каждой предпоходной встрече. – Один инструктор идет впереди, а второй - за самым последним человеком. Поэтому потерять никого невозможно!". Это же подтверждали все родственники и знакомые, когда-либо бывавшие в походах.

Поэтому я совершенно не обратила внимание на то, что инструктор Леша, который дожжен был идти замыкающим, куда-то исчез.

И поэтому же я больше удивилась, чем испугалась, когда обнаружила, что осталась совсем одна на идущей среди гор и деревьев грязной дороге. Вокруг были только ярко-желтые акации, серая пелена дождя и грязь.

"Эй, я отстала! Эй, меня кто-нибудь слышит?" - крикнула я. Но лишь тишина и дождь были мне ответом.

Поняв, что надеяться не на кого, я поковыляла дальше. Грязь становилась все глубже, рюкзак- все тяжелее, а дождь –все сильнее. Начала болеть спина – возникло ощущение, что в такт каждому шагу кто-то больно бьет железным молоточком по позвоночнику.

"Пройду еще немного, и если ничего не изменится. Достану из рюкзака мобильник, и вызову МЧС", - решила я. Я шла уже четвертый час по непролазной грязи, и силы мои слабели с каждой минутой.

Но долго ли, коротко ли, я вышла на открытую местность. Сзади возвышалась довольно живописная гора (но, если честно, к этому моменту мне уже было наплевать на все живописные горы на свете). А спереди был спуск в долину. В долине стояла, очевидно, ожидая меня, вся наша походная группа и злобно смотрела вверх.

Быть под прицелом тех десятков недовольных взглядов – не слишком приятное ощущение. Поэтому я сказала себе "Надо поторопиться". Торопилась я недолго. Стоило мне ускорить шаг, как правая нога у меня подвернулась, левая поскользнулась на грязи, тяжеленный рюкзак потянул меня в сторону…. И на виду у всей группы я плюхнулась спиной в огромную грязную лужу. Я попыталась подняться, но быстро поняла, что из-за рюкзака это самостоятельно сделать не смогу. Поэтому я сделала то, что еще могла - продолжила лежать на сине в грязи на виду у всей группы. Я плакала, размазывая грязь по лицу, а сверху на меня продолжал лить дождь.

Минут через десять группа поняла, что я сама к ней явно не приду. После чего спасать меня был отправлен инструктор, который и вытащил меня из грязи.

Когда я, наконец, спустилась к группе, они смотрели меня как отряд партизан на полицая-предателя.

"Из-за тебя мы никуда не дойдем!", "Неужели нельзя идти быстрее!"- понеслись возгласы. После чего я разрыдалась еще горше.

"Ты должна отдать палатку!" - наконец заявил Паша таким тоном, будто приказал мне положить на стол партбилет. Отдавать палатку было обидно.

В результате сей почетный груз был всучен моему соседу по палатке, который тут же проникся ко мне теплыми чувствами. Доказательством его горячей привязанности послужило то, что все последующие дни он со мной не разговаривал.

Без палатки идти стало гораздо легче… на последующие три часа. К семи вечера стало все равно. Брюки из черных стали цвета грязи, кроссовки превратились в два огромных комка мокрой земли. Несмотря на дождевики, на всех не осталось ни одной сухой нитки.

Не было сил говорить. Не было сил плакать.

Я ощущала себя узником концлагеря, или персонажем "Долгой прогулки" Стивена Кинга. Я чувствовала, что мне нужно идти дальше, хоть идти дальше я и не могу.

Спереди, сзади, сверху была одна сплошная серая дождливая пелена.

Мы не знали, сколько километров позади, а сколько – впереди. Мы просто шли.

Когда, вернувшись из похода, я рассказывала эту историю, многие мне говорили: "Ну ты же знала, на что идешь! Что ж теперь жалуешься!". Проблема в том, что я ничего не знала. Потому что второй день на маршруте, согласно программе чудного клуба "КП" должен был выглядеть так: "Пешие переходы в первые дни недолгие, да и весь маршрут вполне по силам даже тем, у кого нет опыта походов. На второй день, к обеду приходим к небольшому, очень красивому водохранилищу рядом с поселком Новоульяновка. Голубая вода среди зеленых горных склонов!" (цитата из программы похода с сайта вышеупомянутого клуба).

Разумеется, ни к обеду, ни к ужину, ни к какому "красивому водохранилищу среди горных склонов", мы не пришли. Стало смеркаться, когда мы подошли к какой-то маленькой деревушке. В этом селении был магазин. И присев на его бетонные с тупеньки, я с удивлением наблюдала, как некоторые походники с энтузиазмом закупают чипсы, шоколадки, колбасу и даже пиво. Я с трудом могла понять, КАК, КАК, КАК некоторые могут хотеть еще пить и есть. Мне лично не хотелось уже ничего- ни есть, ни пить, ни спать, ни отдохнуть. Мною овладело какое-то странное безразличие – и если бы мне сказали, что сегодня нужно прошагать еще тысячу километров я бы, не раздумывая, встала и пошла. Но, к счастью, идти никуда не пришлось.

Кто-то из группы, более разумный и опытный, чем я, сообразил, что даже если мы неким чудесным образом (не иначе как экспресс-методом вырастив за спиной крылья) дойдем сегодня до стоянки, пользы от этого не будет никакой. По той простой причине, что в этой самой палатке ни мы, ни наша одежда до утра не сможем высохнуть.

Поэтому решено было снять три номера (больше не было) в гостинице, которая (на удивление) оказалась в этой деревушке. Конечно, жили по 10 человек в номере, но я все равно я пребывала в эйфории, ибо мне достался номер с душевой кабинкой. И я готова была пасть на колени, и поцеловать раковину и кафельный пол, ибо они были вестниками моей горячо любимой цивилизации. И, согревшаяся под горячим душем, с чисто вымытыми волосами, я заснула в этот вечер абсолютно счастливым человеком.

Четвертый день

Третий день на маршруте – Пещерные города

"Сфотографируй меня, когда я туда влезу!", - попросила, я подружку, показывая на симпатичные, но высоко расположенные пещерки, куда отважилась влезть только самая сильная треть нашей группы.

"Не лезь туда! Упадешь!" - возразила он, с ужасом смотря на меня, ибо я совершенно не выглядела, как человек, способный покорять горные вершины.

"Значит, сфоткаешь, как я упаду!", - беспечно ответила я, отдала ей фотоаппарат, и направила к скале, по которой надо было лезть к пещеркам. Надо сказать, что после того, как я осталась жива и цела (если не считать растянутой связки голеностопа) пройдя целый день под дождем, в грязи и с рюкзаком, я преисполнилась небывалой уверенности в собственных силах. К тому же третий день маршрута (особенно в сравнении с предыдущим) начался весьма неплохо.

Мы, как белые цивилизованные люди, позавтракали за столами в гостиничной столовой. На улице было прохладно, но светило солнце. Лишенный общественной палатки рюкзак тянул меня к земле гораздо меньше. И ( главная радость!) мы шли не весь день, а всего 3-4 часа, через которые добрели до стоянки под названием Истоки. Там быстро разбили лагерь, и похромали в пещерный город Мангул-Кале.

Несколько человек остались в лагере, но только не я, ибо достопримечательности манили меня к себе светом новых знаний и впечатлений.

По всем этим причинам уверенности в себе у был хоть отбавляй, поэтому, ничтоже сумняшеся, я начала карабкаться по скале. Уступ, еще уступ… подтянуться на руках…, и вот я, немного запыхавшись, стою напротив пещер.

Пещеры, честно говоря, как пещеры и- внутри ничего особо интересного нет. Но главнм было то, что я туда влезла! Но , побродив минут ять по пещеркам, я поняла, что пора лезть вниз, а это было уже сложнее, потому что лезть следовало спиной, и было совершенно не видно, куда ставить ногу.

Спустившись на полметра, я зависла. Повисев еще пару минут, я поняла, что никто не спешит меня выручать. "Помогите, мне, пожалуйста, спуститься", - жалобным голоском попросила я.
"Сама залезла, сама и слезай!" - ответил кто-то ехидно.
"Представьте, что я сейчас упаду – вид моих мозгов, разбрызганных по камням, испортит вам настроение на весь день! – подумав, ответила я. – Так что не портите себе настроение – помогите мне слезть!"
Очевидно, мой аргумент показался группе убедительным, потому что в результате слезть они мне все-таки помогли.

Возвращались мы из Мангул-Кале другой дорогой. Дорогая была красивая – ничего скажешь. Ветви деревьев тенисто смыкались над головой, и от того воздух казался зеленоватым, как в джунглях. По сторонам дороги лежали потемневшие от времени обломки старых надгробий, покрытых изящной вязью – то ли на арабском, то ли на иврите. На все лады пели птицы. В общем, идти бы и наслаждаться, если не одно, ставшее уже привычным в этом походе НО. Пошел дождь и дорога стала неимоверно грязной и, соответственно скользкой. А если учесть, что она резко шла под уклон и вся состояла из камней, корней деревьев и крутых уступов, то там был по меньшей мере миллион мест, где можно было сломать ногу. Связки у меня слабые, и потому я шла очень осторожно. К тому, что все убежали вперед, не подождав меня, я уже привыкла, поэтому не торопясь спускалась вниз, любуясь пейзажами.

На одном, особо скользком и сложном для спуска месте, я беспомощно затормозила, вцепившись за дерево. В этот момент меня обогнала группа местных старшеклассников. Один из них остановился, ткнул пальцем в то место, где я стояла и радостно сказал: "А помните, здесь в прошлом году турист с рюкзаком грохнулся и ногу себе сломал?" Участь туриста я, к счастью, не разделила. И дошла вниз благополучно. Однако мениски все же травмировались (очевидно, от долгого напряжения при спуске).

Поэтому утро следующего дня я встретила с ногами, перебинтованными эластичными бинтами аж в трех местах – в обеих коленках, и одном голеностопе. Впрочем, к этому моменту подобным образом перебинтована была уже добрая треть группы, поэтому я особо не выделялась.

Пятый день

Четвертый день на маршруте – снова Пещерные города

В лесу, обступившем пещерный город Иске-Кермен, мы обнаружили дикие пионы. Огромные, темно-розовые, с пушистыми желтыми сердцевинами, пахнущие солнцем и медом. Я первый раз в жизни видела, чтобы такие большие цветы росли не на клумбах или в оранжереях, а "на воле". Еще там цвели огромные и ничем не пахнущие ночные фиалки, а окна пещерных "домиков" смотрели прямо в пропасть – пожалуй, в самую красивую, пропасть, которую я видела в жизни – песчаного цвета горы, склоны которых плавно перетекают в бархатистые зеленые луга, где стоят игрушечные и аккуратные, будто где-нибудь во фьордах Норвегии, деревянные домики.

Сам Иске-Кермен – тоже самый красивый из всех виденных мною в Крыму пещерных городов. Там есть не только отдельные пещерки и развалины, но и целая, вырубленная в скале улочка, с домиками, похожими на жилища жителей планеты Татуин из фильма Лукаса "Звездные войны: Эпизод первый". В домиках есть двери, окошки и колонны, подпирающие своды.

Подъем к Иске-Кермену так крут, что организованные туристы из Ялты добираюсь сюда только на осликах или вертолете. Но, мы, закаленные долгими километрами дождей и грязи, дошли пешком без особых проблем. По дороге к пещерному году, есть, кстати, удивительная церковка – она выдолблена в огромной серой скале и снаружи напоминает большое каменное яйцо, снесенное динозавром. Сквозь маленькое зарешеченное окошечко, можно увидеть знакомые яркие православные кресты и иконы, странно контрастирующие с серым каменным обрамлением.

Поскольку инструктор Паша никогда точно не говорил, сколько километров нам нужно пройти (очевидно, боялся, что если скажет, то половина группы просто сядет в грязь и никуда дальше не пойдет), я не знаю, сколько километров мы прошли до Иске-Кермен и обратно. Знаю только, что в каждую сторону мы шли больше четырех часов, и когда топали обратно, над нашими беззаботными головами уже начала сгущать темная крымская ночь.

К этому моменту мы шли по грунтовой дороге, посередине которой пролегала глубокая, вихляющая, как змея рытвина. Чтобы не переломать руки-ноги, приходилось все время перепрыгивать с одной стороны рытвины на другую. Пока было светло – делать это можно было без проблем. А вот когда стемнело… Дело в том, что перед походом я забыла купить фонарик, благодаря чему и произошла следующая забавная история.

После того как стемнело, я попыталась пристроиться к кому-то, обладающему фонариком.

Но спохватилась я поздно, когда уже почти все ушли вперед. Естественно, никто не поинтересовался, как я собираюсь ползти без фонарика в темноте.

И вот меня обогнали последние люди из группы- мрачноватого вида супружеская пара.
-А у тебя что, фонарика нет?- спросил похожий на упитанного кабанчика муж.
-Нет, - печально ответила я.
-Ну, хоть мы и последние, мы тебя ждать не будем- слишком медленно ты идешь! – равнодушно ответил он, и они ушли, оставив меня в полной темноте.

В этой самой темноте рытвину, через которую нужно прыгать, было видно весьма плохо. И потому я шла и прыгала я весьма медленно и осторожно – и вскоре голоса группы совсем стихи вдали. И я осталась наедине с пением птиц, шелестом листвы и большим ассортиментом пугающих ночных звуков.

Самое странное, что особо страшно мне не было. Хотя я уже давно заметила, что в действительно сложных и опасных ситуациях тебе не страшно, а, скорее интересно, что будет дальше.

В общем долго ли, коротко ли (но в общем, скорее, долго – около часа) я шла одна по ночному лесу. Вдруг вдали заблестели точки – света. Я сразу догадалась, что это фонарики группы, которая ждет меня.

- Rainyaprile, это ты? – раздался через некоторое время голос, подтверждая мои догадки.
"Ага, сначала бросили меня одну-одинешеньку в темном лесу, а теперь вопросы задают! – обидевшись, подумала я. – Не буду я им отвечать. Еще чего!".
- Rainyaprile, это ты что ли?- через некоторое время спросили снова.
Я молчала. Только мои шаги разносились по ночному лесу – чап, чап, чап.
-Ой, я боюсь! А вдруг это вовсе и не Rainyaprile, а маньяк!
-И я боюсь!
- И я!
Я молчала. Чап-чап-чап, - шлепали по дороге мои кроссовки.

Когда я приблизилась группы, в меня разом ударил свет двух десятков фонариков.
-Уфффф, это ты, а мы думали уже – это маньяк! – с облегчением вдохнула группа. -А почему вы думаете, что я не могу сочетать два в одном, особенно после того, как вы бросили меня одну в лесу? – довольно недружелюбно ответила я.

Вечером пели песни и варили глинтвейн. Звезд, которые, согласно романтическом канону, должны были полыхать на небе, не светило. Но и без них все было весьма неплохо. Краем уха, я услышала, что на следующий день, по словам инструктора Паши, мы должны будем пройти 26 километров. "Подумаешь, 26 километров!- подумала я, не особо и веря Паше. – Пройду их и не замечу!"

Шестой день

Пятый день на маршруте - Один в темноте

Как это обычно и бывает, ничто не предвещало беды.

Вот как это день должен был выглядеть, согласно программе похода: "5й день на маршруте. Утром собираем лагерь, укладываем рюкзаки и выходим дальше на маршрут. Переход около 8 км. До обеда приходим к роднику и встаем в буковой роще у перевала Бечку. Пол дня отдыха и игр." (цитата из программы похода с сайта турклуба "КП")..

И сначала казалось, что ничто не помешает исполнению планов.

Солнце золотило вершины гор и даже слегка обжигало плечи. Я радостно достала из рюкзака яркую футболку без рукавов, и крем от загара, а затем запихала на дно осеннюю куртку. Сам рюкзак уже не особо давил на плечи (благо, палатки в нем уже не было), спортивные кроссовки практически не натерли мозолей. Переход обещал быть не особо длинным (хоть я и помнила слухи про 26 км, но больше хотелось верить плану похода, чем им). "Если уж чуть ли не 18 км под дождем протащилась, то столько же по солнцу и сухой земле без проблем пройду!"- уверенно думала я.

Разумеемся, я ошибалась. И не в последний раз за этот день.

В общем, желтели одуванчики, голубело небо, и мы традиционно начали переход с подъема в горку. Я привычно старалась не сбить дыхание (ибо только пока не сбито дыхание, ты можешь идти вверх).

"Привет!" - раздалось рядом. Это оказалась незнакомая девушка из соседней группы. До следующего привала мы шли вдвоем, распевая во все горло " С голубого ручейка начинается река, только дружба начинается с улыбки!". Поход явно реалибилитировал себя в моих глазах.

Солнце продолжало греть, деревья продолжали зеленеть, мы продолжали идти. Часа через 4 такого хода мои ноги стали уставать, и к середине дня я начала плавно перемещаться в хвост группы. И тут на моем пути выросла гора. Нет, не так. И тут на моем пути выросла ГОРА – крутая, с лужами, рытвинами, болотцами грязи, неподъемными уступами и острыми камнями. Стиснув зубы, я начала подъем. Вскоре руки и ноги у меня были в грязи, дыхание сперло во всех возможных и невозможных местах, а перед глазами запрыгали цветные пятна. Но гора и не думала кончаться. Собрав последние силы, я ползла, ползла, ползла… Наконец. через полчаса, пошатываясь, я добралась до вершины и рухнула на траву… Но не успела я отдышаться, как к нам бодро припрыгал инструктор Паша и счастливым голосом сообщил, что он заблудился, дороги дальше нет, и потому мы сейчас пойдем вниз с пресловутой горы, на которую, соответственно, я лезла совершенно зря.

В общем, когда я топала вниз, на глазах у меня были слезы - так обидно было, что я зря преодолела треклятую гору.

Но настроение было еще ничего. У меня есть фотка примерно с того момента, сделанная на одном из последних привалов. На это фотке еще светит солнце, и я веселая, в яркой футболке, прыгаю на фоне симпатичных сине-зеленых гор. Я еще не знаю, что нас ждет. Впрочем, никто не знает.

Тем временем день начал клониться к вечеру. В голодном животе забурчало, похолодало и пришлось достать из рюкзака куртку, ноги стали гудеть и настойчиво заявлять о своем желании отдохнуть. На небо выползли тучи, лес перестал казаться таким дружелюбным. К тому же мы шли шестой час, а никаких следов стоянки заметно не было.

Веселые разговоры в группе затихли – теперь все брели молча, сосредоточенно уставившись под ноги.

Неожиданно мы вышли на дорогу - прекрасную, гладкую, безмерно цивилизованную шоссейную дорогу. "Мы, конечно, можем здесь пойти, - сказал Паша, с презрением глядя на это во всех отношениях замечательное шоссе. – Но здесь идти не меньше 13 километров. А по лесу – всего 5! Конечно, дороги я не знаю, но судя тому, что по двум дорогам мы уже пытались пройти, и они закончились тупиками, оставшаяся дорогая непременно правильная!".

На мой взгляд, логика Паши была более чем сомнительна. Вернее, никакой логики в его словах не было вообще. Поэтому я попыталась возразить:
-Может, все-таки по шоссе пойдем? Оно-то нас точно к цели выведет!
- Ты глупая, Rainyaprile! - ответствовала мне группа. – По лесу-то всего 5 км, а по дороге 13! А 5 – меньше 13!
Пришлось мне тащиться вслед за всеми в лес.
И снова – бурелом, опавшие листья, коряги, грязь, горы, лужи, рытвины.

В какой-то момент я от усталости рухнула прямо в кучу опавших листьев, и со мной случилось истерика. Я лежала и кричала, что никуда не пойду, что когда шла в этот поход я не подписывалась ходить по грязи и бездорожью по 30 километров в день, что организаторы обещали совсем, совсем другое!

Я лежала и кричала все это в серое небо. Рядом стоял инструктор Леша и смотрел на меня ничего не выражающими глазами. Наконец он нерешительно произнес:
"Ну… это…. Может, можно все-таки что-нибудь придумать, чтобы так не мучаться?"
"Что?"-вопросила я.
Леша молчал.
Я поняла, что никто, кроме меня самой, мне не поможет.
Истерика кончилась.
Я встала и пошла дальше.

В начале восьмого, когда уже почти наступили синие сумерки, мы вышли на невыразимой красоты горное плато. На каменистой равнине возвышались редкие, и от того особо живописные деревья. Прямо на камнях росли бордовые и желтые цветы. А слева открывался вид на плавные, нежные, тающие в синей вечерней дымке горы.

Я особенно ярко помню красоту этого места, потому что это был последний момент, когда я могла фотографировать и замечать что-то красивое вокруг. После уже – не могла.

Дальше мне рассказывать сложно. Потому что хоть это и было приключение, но не то веселое, легкое и бесшабашное приключение, о котором приятно рассказать друзьям и которое можно с удовольствием вспомнить на старости лет. Это было тяжелое и неприятное приключение, во время которого подвергались опасности мои жизнь и здоровье.

Тем не менее, я считаю, что обязательно должна об этом сказать. По той простой причине, что когда я собиралась в поход, я не могла найти в сети практически ни одного толкового отзыва – мне встречались только разные "ура-восторженные" рассказы в стиле "Ах, костры, горы, песни, звезды – як чудесно все это!". А, как я узнала на собственном опыте, в походе есть не только хорошие стороны типа гор и звезд, но и весьма плохие. И я уверена, что те, кто идет в поход впервые, должны узнать и о них тоже.

Итак, случилось одновременно две неприятности – стемнело и пошел дождь.

Мы вышли из базового лагеря в 10 утра – то есть к моменту наступления темноты шли уже десятый час подряд. За это время у нас было несколько коротких привалов, на которых мы съели по полшоколадки и по бутерброду с паштетом. И ничего более. Не нужно говорить, что гудели ноги и ныли спины.

Теперь к этому добавились темнота и дождь.

Я тащилась в конце группы вместе с инструктором Лешей и еще несколькими отстающими. Дождь шел все сильнее, и дорога становилась все более скользкой.

А вот темнее не становилось – потому что было уже некуда.

Во время одной из коротких передышек, я попыталась достать дождевик из рюкзака. Но от усталости действовала я неловко, сильно дернула – и дождевик порвался надвое.

Поэтому мне пришлось мокнуть дальше.

В какой-то момент я поняла, что не могу идти дальше. Просто НЕ МОГУ. То есть я ставлю ногу на землю, а нога подламывается и идти дальше отказывается. Поэтому я просто отошла в сторону, села прямо в грязь на обочине дороги, и сказала, что никуда дальше не пойду, ибо не могу.
-Rainyaprile, милая, ну пройди еще немного!- взмолился инструктор Паша.
- Не могу, - ответила я, ибо правда не могла. – Тем более я знаю твое "немного"!
-Ну давай я твой рюкзак возьму!
- Ну возьми, идиот, заведший 30 человек темной ночью непонятно куда! –злобно ответила я.

Без рюкзака идти стало полегче, но не намного. Я тащилась со скоростью улитки, в особо скользких местах вцепляясь в инструктора Лешу.

К этому моменту нас осталось человек пять, остальная группа затерялась где-то в скользкой дождливой тьме. Впятером мы шли (вернее, ползли) довольно долго, и я успела полностью потерять счет времени. Наконец возле дорожной развилки мы узрели группу наших попутчиков в дождевиках.

"Ура! Вот и лагерь!"- вскричали мы радостно, предвкушая долгожданный отдых. Но, вглядевшись в мрачные лица людей в дождевиках, поняли, что лагерем тут и не пахнет.

"Паша нас бросил, - пояснили попутчики. – До развилки мы дошли, а куда дальше идти - не знаем".
"На, надень дождевик!" - одна из девушек вдруг сняла дождевик с себя и одела его на меня, несмотря на все мои протесты.
"На, тебе же сейчас хуже!" - сказала она.
Честно говоря, я ей до сих пор очень благодарна, поскольку этот дождевик очень поддержал меня не столько самой защитой от дождя, сколько сами фактом доброго человеческого поступка.

Итак, вокруг был дождь, грязь и темный глухой лес. Добрая половина походников пошатывалась от усталости.
- Свяжись с Пашей по рации, - посоветовал кто-то инструктору Леше.
-Ага, сейчас! – с готовностью ответил Леша (с таким видом, будто совершенно забыл, что у него вообще есть рация), а через некоторое время возвестил – А рация-то не работает! Придется ночевать здесь!

Вскоре выяснилось, что на девять человек у нас одна двухместная палатка, и перспектива ночевки накрылась медным тазом. К счастью, в этот момент нежданно заработала рация, через некоторое время явился Паша и указал всем путь к лагерю.

К этому момент я соображала совсем плохо. Вернее, не соображала ничего вообще. Я шла, постоянно плача и периодически падая в грязь. Вокруг было так скользко и темно, а ноги и другие части тела уже так плохо слушались меня, что я четко понимала, что могу получить серьезную (или не очень травму) в любою секунду.

В этот момент впереди раздался жуткий крик.

Сначала я даже не поняла, что это кричит человек, потому что крик был очень страшный и очень долгий. Я думала, что человек просто не может так кричать – и сперва решила, что это либо вопль какого-то зверя, либо у меня просто уже начались слуховые галлюцинации от усталости.

Но потом я увидела, что люди впереди остановились, и стало ясно - что-то случилось. Сперва я не могла поверить в это, хотя было бы странно , если бы на грязной горной дороге в поной тьме ни с кем ничего случилось. Но… ведь все плохое всегда случается с другими – в книгах, новостях, фильмах – поэтому очень сложно поверить, когда что-то подобное происходит совсем рядом с тобой.

Тем не менее, когда я доковыляла до людей впереди, то увидела, что моя соседка по палатке сидит в грязи, а нога у нее вывернута таким образом, каким нормальная здоровая нога вывернута быть не может.

Соседка уже не кричала, а только тихо стонала. Ей помогли подняться и забрали у нее рюкзак.

А дальше… Никому никогда не догадаться, что случилось дальше.

Да и я сама раньше не могла даже подумать, что такое возможно.

Дальше… вся группа убежала вперед, оставив нас втроем – рыдающую сидящую в грязи соседку с травмированной ногой, рыдающую сидящую в грязи меня (ибо в этот момент мои ноги в очередной раз отказались идти дальше) и инструктора Лешу.

Мы сидели в грязи и рыдали. Инструктор Леша стоял между нами, как буриданов осел между двумя копнами сена, и не мог выбрать, кому из нас помогать.

Так продолжалось сколько-то времени.

-Ты чего ревешь-то, Rainyaprile!! - кричала на меня соседка по палатке. – У тебя-то нога не сломана! Сидишь тут и притворяешься! А могла бы встать и идти!

-Хоть, у меня нога и не сломана, а идти я все равно не могу! – отвечала я ей со слезами в голосе.

Так продолжалось сколько-то времени. Сколько – не скажу, ибо минутам и часам я давно потеряла счет.

В конец концов я поняла, что от Леши ждать решительных действий или помощи не приходится. Тогда я собрала все свое мужество и сказала:

- Леша, отведи мою соседку в лагерь, у нее серьезная травма все-таки. А я здесь посижу, за мной потом вернешься.

-Ладно, только ты никуда не уходи, - сказал Леша.

И я бы засмеялась над его словами, потому что это было действительно смешно. Вот только смеяться к тому моменту я уже не могла.

Вот тут и настал момент, с писания которого я начала свою историю….

Мне холодно. Болит правое колено. Левое – тоже. Ноет правый голеностоп и спина. Проще перечислить то, что не болит. Вокруг темно и, как писали классики, "не видно ни зги". Я не могу разглядеть даже своих рук – правда, возможно, я не вижу их еще и потому, что они по локоть перемазаны грязью. Впрочем, в грязи все – брюки, свитер, куртка, рюкзак, лицо.

Я и сижу посреди грязного месива, на обочине грязной дороги, ведущей через густой и глухой темный лес. Вокруг – никого. В черном небе виднеется блеклый кусочек луны, которая почему-то не дает никакого света. Льет дождь. Дождевик разорвался надвое, когда я в очередной раз упала. Поэтому дождь льет прямо на меня. Поэтому я не понимаю, плачу я или нет. Впрочем, наверное, плачу, потому что после 13 часов хода у меня подгибаются ноги, и я больше не могу идти дальше.

… Через какое это время за мной все же пришел инструктор Леша и дотащил меня до лагеря.

В фильмах ужасов часто показывают такие сцены. Героиня, побегав от чудовища или маньяка и порядочно от этого вымотавшись, впадает в истерику, садится на землю, у нее начинают трястись руки, и она уже ни на что не реагирует – даже на занесенный над головой топор.

Раньше я смеялась над такими сценами, считая их глупой режиссерской выдумкой. "Не может такого быть, - уверенно заявляла я, - чтоб человек в критической ситуации не мг собраться и взять себя в руки!".

Но когда инструктор Леша довел меня до лагеря, я оказалась именно в таком состоянии. Я не могла поверить, что стою на траве, а не на скользкой грязи, что у меня целы руки и ноги, что я просто, жива, в конце концов. Я тупо стояла посреди лагеря. Рыдала в три ручья, у меня тряслись руки, и я ничего не могла поделать. И я почти ничего не соображала – мысли двигались туго и медленно, как через толстый слой ваты.

Я стояла. На меня лил дождь. И я вроде понимала, что надо пойти в палатку и переодеть в сухой. Но сделать этого не могла. Наконец, кто-то подошел ко мне, налил коньяка. Отвел в палатку.

В палатке я сидела и рыдала еще около часа. И только потом смогла заставить себя переодеться. Каждое движение и каждая мысль требовали гигантских усилий – как будто я ворочала тяжеленные камни.

В конец концов, я заставила себя дойти до костра. Мне положили еды. Налили чаю.

Я ела и продолжала плакать, и у меня продолжали трястись руки. И почему-то я все время повторяла : "Я умру, умру, я обязательно умру…"

Седьмой день

Шестой день на маршруте - А мы больше никуда не идем!

На следующий день с утра мы не пошли никуда. Спали до полудня, сушили одежду. Долго завтракали. Играли в игры ( разумеется, сидячие, ибо хромали практически все, а соседка по палатке и вовсе прыгала на одной ноге).

Как ни странно, я проснулась бодрая, живая и даже без малейших следов простуды. Руки больше не тряслись, и я была жива. Но забыть вчерашнее не могла и думаю, не смогу этого забыть никогда.

Честно говоря, я думала, что для моей соседки вызовут скорую. Или что инструктора будут бегать вокруг нее, предлагая лекарства и всяческую помощь. Но ничего подобного не наблюдалась. Паша с Лешей пару раз спросили ее: "Как ты?", чем дело и ограничилось. В походной аптечке не оказалось почти никаких лекарств, кроме мази от синяков (когда я, кстати, попросила эластичный бинт, чтобы забинтовать свои растянутые связки, которые болели так, что ходить было практически невозможно, Паша равнодушно скзал мне "А бинты кончились!" и зевнув, отвернулся). Когда я пришла из похода. Мне рассказали, что в таких случаях вызывают машину лесника, и травмированного человека везут на ней в больницу.

Но, очевидно, Паша с Лешей были не в курсе. Потому что моей соседке эту возможность даже не предложили. Вечером мы вышли из лагеря (вернее, выползли и выковыляли из лагеря). Паша сказал, что идти всего 4 километра, но ему, конечно, никто не поверил. Моя соседка мужественно ковыляла со всеми ( правда, ее рюкзак несли Паша с Лешей). Правда, я думаю, что ковыляла она свершено зря – ибо из-за последующих нагрузок перелом у нее и сместился, что потом и привело к операции.

К огромному удивлению всех оказалось , что идти и правда близко и уже через полтора часа мы снова разбивали лагерь.

Вечером появилась возможность сходить в баню. Туда радостно похромала вся наша палатка (которую в группе уже стали называть "палаткой инвалидов"). К моему глубокому удивлению, половина группы в баню идти отказалась. Для меня до сих пор остается огромной загадкой, как можно не мыть 5 дней, а потом не захотеть вымыться, когда появилась такая возможность.

Группа пила самогон и горланила песни группы "Кино" до трех ночи. Поскольку самогон я не пью, "Кино" не люблю, а с группой мне к тому моменту общаться особо не хотелось, я высушила у костра волосы и пошла спать.

Восьмой день

Седьмой день на маршруте – хрю-хрю и серебряные струи

Этим утром я проснулась не от холода, как обычно, а от того, что кто-то хрюка, бодро стучал копытцами по земле и толкал нашу палатку, честно говоря, я решила, что это пришли дикие кабаны (впоследствии оказалось, что это обычные розовые хрюшки, разводимые местными крестьянами). Но к тому моменту поход закалил меня настолько, что я даже не подумала испугаться или заволноваться.

"Что случилось?" - спросила меня проснувшаяся соседка. "Да ничего страшного, - ответила. – просто пришли дикие свиньи и сейчас пожрут всю нашу еду. Давай спать дальше". И мы снова заснули.

После завтрака выяснилось, что через Ай-Петри, как должны были, мы не пойдем, а добредем до водопада "Серебряные струи", откуда поедем на маршрутке в Ялту. Сожаления о том, что маршрут почти закончился и мы не поорим Ай-Петри, даже не мелькнуло ни у кого на лице.

Через три часа мы уже разбивали палатки у водопада.

Главное достопримечательностью сего места, по мнению большей части группы, оказалось то, что рядом со сбегающими вниз серебряными струями продавали местное вино.

Мы продегустировали его все палаткой (исключая мужчину, с коим не общались) и рухнули спать.

Девятый день

Восьмой день на маршруте – Здравствуй, Ялта!

С утра мы, наконец, спустились с гор и дошли до стоянки автомобилей и маршруток. Я услышала, как в кафе звенят тарелки, как из стоящей рядом машины доносится музыка… И я заплакала от того, как прекрасен цивилизованный, созданный людьми мир. И от счастья, что я, наконец, вернулась в него.

Мы поймали машины и поехали через Ай-Петри.

"Какое же счастье ехать в машине!" - вдруг сказали все хором, и засмеялись.

За окном легковушки проплывал нереальной красоты Большой Каньон – бархатистые горы, плавно уходящие в бездонную пропасть. "Вот, здесь вы шли! – сказал водитель машины, указывая на него.
"Как, я думала мы шли по сплошной грязи, а мы шли по такой красоте!" - вслух изумилась я.

Все засмеялись снова.

Ай-Петри была укутана плотным ватным туманом. Кое-где еще лежал черный ноздреватый снег. Было так холодно, что водителю пришлось включить в машине отопление.

И мысль о том, что мы должны были переходить через Ай-Петри пешком вызывала только смех.

Наконец мы стали спускать вниз. На деревьях появилась листва. Стало теплее.

И в вот среди тумана мелькнуло что-то голубое… Еще раз…. Еще…

И тут перед нами распахнулось море и белый солнечный город на его берегу. Я не могла поверить, что все это существует наяву. Мне казалось, что в этом городе непременно должно жить счастье.

Опубликовано: 22.06.2009 1:33:00
Автор: Rainyaprile
Просмотров 982