баннерная реклама :)

Главная » Узбекистан» Я своими глазами видел Узбекистан

Я своими глазами видел Узбекистан 

февраль 2007

Среди всякого народа найдётся немало
хороших людей...,
но в Узбекистане их
гораздо больше!

..сам побывал, и своими глазами видел.

I

Страшно представить, чтобы отправиться туда вновь, поездом, через пограничные кордоны, через многочисленные поборы казахских представителей, в руки которых попадает железнодорожный состав на два-три часа, при въезде и выезде через Казах стан транзитом. И ту угнетающую, концлагерную обстановку, в которой проходят эти проверки, облачённых безграничной властью казахских таможенников, запуганных пассажиров. Первыми идёт транспортная милиция, объявляя всеобщую таксу с каж- дого пассажира двести русских рублей, если таковых нет, снимут часы или возьмут что-то из вещей с учётом комиссионных. Отдают все, боятся проверки багажа в тамбуре, с возможностью подбросить в отсутствии свидетелей наркотики. Следующая делегация, представляет из себя наркоконтроль, они тоже долго не церемонятся и сразу объявляют свою таксу всеобщего сбора - те же двести русских рублей. Проверки в виде шмона, как правило, проходят в притемнённых вагонах, с фонариками в глаза, как в лучших традициях НКВД, с психологически выверенным театром. Заканчивают этот спектакль пограничники, считают людей, забирают то что им причитается, умножен- на двести российских рублей, и поезд может двигаться дальше. Обратный выезд из Узбекистана, своей театрализованной постановкой в виде тёмного вагона с выводами поодиночке, похож как две капли воды. Может это и пополняет, опосредованно, казахское ВВП, но приносит такой вред в отношениях среднеазиатских народов. Казах- ские территории, раскинувшиеся широко с севера и закупорившие все проходы в богатую Россию, уже называют страшным проклятием.

Но как обычно бывает, за невзрачной и грубой оболочкой скрывается сочная мякоть плода, так и здесь, пройдя определённые испытания, ты попадаешь в сказочную страну, с удивительным народом.

Хочу сразу предостеречь всех прибывающих в столицу Узбекистана на железнодорожный вокзал. Если не хотите разочаровать дико желающих подработать ташкентских таксистов, то необходимо быстро, не отвечая насаждающим и хватающим за руки многочисленных посадчиков, исчезнуть с территории вокзала на как можно большее расстояние. Здесь и с больших базаров, утвердилось правило, когда целая армия посредников-посадчиков не допускает прямого контакта с самим водителем такси, и зарабатывает таким образом на разнице двух соглашений, которая может быть даже больше стоимости самой поездки. Они выхватывают тебя своим опытным взглядом, уже на пути к выходу из вагона, бесцеремонно хватают за руки, как бы застолбляя тебя перед другими участниками, отбиваются от них, ругаясь на всех языках и совсем не реагируют на твои робкие возражения. Он только спросит куда тебе надо ехать, назовёт цену, и диалог с тобой можно сказать завершён. Он будет продолжать переругиваться между своими колегами, отгоняя их от тебя, отражать их попытки перехватить клиента и на другое у него уже не будет времени. В воздухе стоит такой гвалт, как будто дерётся стая собак, а ты только жертва их разгула. Стоит большого мужества отказаться от их услуг, особенно после того, как тебя в виде трофея отбили и вывели на поводке. Тебе будут угрожать в самой свирепой форме, обещать не выпустить живым отсюда и ты сто раз передумаешь, зачем сюда приехал и будешь готов уехать хоть куда, и за любые деньги, лишь бы всё это побыстрее закончилось. Мужества вам!

За мной такой шёл с километр от вокзала, постоянно проклиная и осыпая сквернословием. Угрожал зарезать, и ещё надругаться над останками. А когда уже в полной темноте улицы затихли последние доносившиеся крики озверелых посадчиков, он напос- ледок всласть выругался, от души наговорил мне разных пакостей, и пообещал еще вернуться, как только сходит за машиной. И что бы я не особо надеялся уйти отсюда просто так. Пусть сила духа не покинет вас в такую минуту!

Мой путь предстоял к Бухаре (там он звучит как Бохоро), с заездом в Самарканд. Это моя давнишняя мечта. Я уже бывал в этих краях и не раз, но расположение их на отшибе не позволяло ознакомится ближе. Далее предстояло спустится в Термез, самую южную точку Узбекистана, заглянуть в Таджикистан, где я заранее списался с интернет-друзьями в Душанбе, подняться к Ленинобаду, и через Конебодан опять вернуться в Узбекистан. Уже в Фергану, одноимённую долину и основательно ознакомившись с местными достопримечательностями выбыть через г.Ош, что в Киргизии, через известный своей непредсказуемостью перевал в Таласских горах, в Бишкек.

Но, легче сказать...., но не легко сделать. Пользуясь самым демократичным транспортом, на электричках, я успешно добрался до Бухары, распределяя своё перемещение таким образом, чтобы оно приходилось на ночное время. Днём я шатался по случайным, узловым городкам, посещал базары, отмечался в интернет-кафе, а ближе к ночи садился в поезд и ехал дальше. И цель приближается, и выспаться можно, и экономия на гостиницах существенная. А цены, за то время когда я был здесь последний раз (лет 7-8 назад) успели подтянуться до российских.

Точно такой же приём мы испытывали в поездке по Сибири, а в 2006г и по Индии. Индийская система примечательна тем, что покупая билет в какую либо сторону можно хоть тысячу раз сходить с поезда, и насмотревшись ехать на попутном дальше, до конечной в билете станции. Дополнительной компенсации не требуется.

Не буду описывать старый город в Бухаре, и без меня их тысячи, да и не за этим, вернее далеко не только за этим, меня принесла сюда нелёгкая. Приезжая куда-либо, сходя с трапа чего-либо, ты в первую очередь окунаешься в людской океан, заполненный мыслями и эмоциями, не совсем привычными для тебя, чужестранца из другой страны. Не буду морочить голову, но скажу, что происходит на каком то, не вербальном уровне диалог с этим человеческим морем, и от этого мне становится радостно. Гуляешь среди местного населения и улыбаешься.Внутренне, про себя. И вот во многом за этим и готов терпеть некоторые трудности, отправляясь в очередное путешествие. Отмечу только странный раствор в кирпичной кладке старинных зданий. Если просунуть палец поглубже, под кирпичи, где ветер ещё не успел выдуть соединительный раствор, то натыкаешься на такую труху, что диву даёшься, как всё это ещё не развалилось при постройке. Сразу всплывают исторические воспоминания о том, как враг камня на камне не оставил от побеждённого города. Как генерал Скобелев, в пору своей хивинской компании, столкнулся с не цивилизованной на его взгляд, практикой разрушать побеждённый город до самого его основания, а иначе победа не засчитывалась.

В Самарканде посетил усыпальницу эмир-хана Тимура, с знаменитыми зловещими заклятиями. Про вторую мировую, начавшуюся после того как вскрыли его саркофаг. Хотя, судя по многочисленным склейкам осколков, из которых он состоит, делалось это не однажды.

II

Из-за, думается, временных, неурядиц между двумя странами, попасть на поезд в Таджикистан я не смог. Поезд Москва-Душанбе останавливается в Бухаре на две минуты, билеты на него отсюда не продаются и существуют специальные посредники, которые за определённую плату готовы тебя подсадить в него. И что интересно, плата эта до того расплывчата, что сразу можно растеряться, заподозрив что-то неладное. А дело в том, что отсутствие транспортных договорённостей между Узбекистаном и Таджикистаном породило народную дипломатию и уехать в любую сторону можно совершенно бесплатно. Если совсем нет денег, тебя поймут и помогут, и даже накормят в дороге. Это всё так неожиданно, и так по человечески приятно, что становится стыдно за русскую действительность, с которой приходится сталкиваться этим милым людям у нас, когда они приезжают на заработки в Россию. Заметьте, не воровать приезжают, а честно заработать в тех отраслях, куда не загнать своих.

Такая человеческая поддержка и взаимопонимание чувствуется и на поездах Москва- Ташкент, и на всём передвижение по этой удивительной стране. Тебя всегда пригласят к общему столу, который быстро организуется между только что не знакомыми, но уже близкими общей дорогой людьми. Не позволят остаться тебе под открытым небом, всегда поинтересуются, всегда пригласят к себе в дом, достанут самое лучшее.... удивительно красивая страна.

Я просто растерялся, за те две минуты, что стоял таджикский поезд, напугался, что не смогу официально пересечь узбекскую границу, с отметкой в загран-паспорте. Я решил пересечь узбекско-таджикскую границу на пограничном переходе в городке Хаваст. Тем более срок в три дня, дающемся узбекскими властями для нахождения в стране без регистрации уже подходил к концу. Суточная поездка до Термеза, или Душанбе уже была за гранью срока. Отдавать же за регистрацию, плюс не дешёвые расходы на гостиницу (заплатив, хотя бы за сутки, тебя автоматически регистрировали за дополнительные $ 5 ), которую ещё надо отыскать – не все гостиницы имеют международную акредитацию, не очень-то и хотелось.

Успеваю в Хаваст. Под самый занавес. Под самое окончание срока. Иначе и билет даже не продадут, и каждый страж порядка измывался бы по-полной, за просрочку регистрации, и из страны сразу бы не выпустили, могли с поезда снять. Странно - как будто страну населяют два разных, до противоположности народа. Один достиг величия в высших человеческих ценностях, а другой, что при власти, утонул в мизантропии, вобрав в себя всё самое низкое.

Ночь, редкие и слабосветящиеся фонари на последней дистанции до перехода. Откуда-то из боковой двери вывалился милицейский офицер, перехватив меня на пути к пограничникам и с разу же начал требовать регистрацию. Не успев раскрыть паспорт, стал изобличать во мне "шпиона". С большим сожалением отпустил, когда я на пальцах доказал всё ещё не законченный, отпущенный мне срок. И какое разочарование на пограничном пункте! Оказывается этот проход только для местных жителей, разделённых новыми порядками, и не имеет международного статуса. Не пропустили. Но расстались друзьями. И даже тот толстеющий мент, увидев моё возвращение, вдруг смягчился и предложил бесплатно довести до города. Так и сказал, ночь ведь, всякое может случится, а я мол не здешний, а он по пути... и совсем без денег, подчеркнул он. Закончилось его служебное время, и он постепенно превращался в обыкновенного человека. Только что он искал повод как вытянуть что либо из меня, и вот в него стало возвращаться что-то уже человеческое.

Как было досадно, там, по ту сторону, начинался таджикский Зуфаробад, и менялись мои планы. Теперь приходилось искать новый проход, на этот раз уже международный. Погранцы объяснили, что им известно всего три; один в Черняевке, что около Ташкента, другой в п. Дуслык, что напротив киргизского города Ош. А третий недалеко от Самарканда. В Самарканд опять возвращаться не было желания, и я решил через Ташкент, пересечь перевал в Ферганскую долину.

III

И вот я снова на узбекском вокзале Хаваст. Глубокая ночь, а первые поезда пройдут только утром. Ночи в эту пору здесь очень холодные, вокзал не отапливается и совсем пуст. Городок небольшой, и шататься по нему ночью не было желания. Хотя, иногда это приходится делать. Как-то раз, наш поезд доставил нас в Бомбей (Мумбай) из Агры в три часа ночи. Что это - поздний ужин, или раннее утро? Мы решили, что это самое время для начала осмотра и пошли по спящим, пропитанным индийской сказкой улочкам на встречу утру и затаившемуся где-то рядом океану. Я просто уверен, что такую экскурсию по ночьному Мумбаю не купишь не за какие деньги, она осталась яркой страницей моих воспоминаний! Исторические здания (особенно потрясающий сам вокзал, как из фантастического кино, фонари только усиливали это впечатление), трансцендентные запахи и дымка создают нереальную картину восприятия. Люди, так куда-то спешившие днём, тут же и разлеглись поперёк дороги. Не с краю, не в укромном уголке, как например в острой необходимости устроился бы я, а перпендикулярно тротуару. Укутаются простынкой и сладко спят как дети. Дополню картину ранним рыбным базаром, с необыкновенной атмосферой торга, невиданными дарами моря и горами кускового льда. И само восхождение солнца! Над заливом Аравийского моря. Просыпающийся город, и тысячи бомбейцев с утренней пробежкой. Да, такое не купишь, и не забудешь.

Получилось так, что предстоящая ночь, заставшая меня в Хавасте, была кануном "всемирного" мужского праздника -23 февраля! И я попал к его началу! Маленький коллектив маленького вокзала уже хлопотал над его обустройством. Накрыли стол в "посторонним вход запрещён" - комнате, поставили в центре большой чайник (с русской), каждый что то приложил к столу, и он получился богатым. Одни только узбекские лепёшки чего стоят -настоящее произведение искусства! И конечно пригласили меня. Такого тёплого ожидания поезда я не ожидал! Старший оперуполномоченный возглавил стол, налил мне из чайника пол ную пиалу и велел пить. Я, было, начал отказываться, мол в дороге опасно, ещё закроют. А он мне - здесь я только могу закрыть, а ты мой гость, с праздником всех! Вспоминали общий Союз, теперешние неурядицы, расспрашивали про Россию, сами весело рассказывали обо всём. Потом ещё посылали за новой порцией опустевшего чайника, и предлагали задержаться на следующий день, обещали угостить настоящим узбекским пловом, для которого уже было всё подготовлено заранее. Провожали первым, ранним поездом, всем коллективом, обменивались адресами и желали счастливого пути! И вам я желаю-оставаться в вечном празднике жизни, такими же приветливыми и щедрыми навсегда!

IV

На электричке (на поезд уже бы не продали билет, из-за уже просроченной регистрации) добрался до Ташкента, на автовокзал Куйлюк, что переводится как "голова барана". Предстояло пересечь высокогорный перевал и поэтому автобусные маршруты туда закрыты, и добраться можно только исключительно на такси. В основном представленном автомобилями Нексия и мини-джетом Дамас, собственного узбекского производства. На подходе к таксистскому пятаку, ожидаемая картина, уже видимая ранее, повторилась. Многочисленные зазывалы и посадчики, легко выхватывали из толпы потенциальных пассажиров, приляпались как удавы и не позволяли приблизится к самим такси. Действовали нагло и нахраписто, и цены просили просто несерьёзные. Но своим разнузданным, угрожающим видом и своей психологически подавляющей манерой, производили угнетающую обстановку устрашения будущего пассажира. Я, под предлогом, что пришёл только разузнать обстановку, а ехать мне предстоит совсем не сегодня, кое как пробрался к машинам. Но стоило мне подойти для разговора к кому либо из таксистов, как посредники быстро окружали нас, и размахивая воинственно кулаками, бросались и на меня и на таксиста. Если с ним они жёстко, с выпученными глазами, что то объясняли на своём местном языке, то на меня набрасывались с угрозами и требованием объясниться; мужик ли, во-первых, я?, это их особо интересовало, этот вопрос всегда и постоянно звучал во всех их устрашающих диалогах, и друг с другом. И дико возмущались, расщеперив все свои пёрышки, в пространном подозрении, мол, случайно, не считаю ли я их лохами!? Не развожу ли я их, здесь, пустыми разговорами, проникшись чудовищным неуважением к ним?! Пытались распускать свои постоянно махающие ручки, схватить за части одежды, и требовало немалых душевных усилий, что бы не поддаться на их "правильные разговоры" и не согласится с их условиями и спокойно уехать как можно подальше от сюда. Это блестяще поставленный спектакль! И только в Ташкенте можно им полюбоваться. Даже в мрачном, южном Казахстане, в неприветливом Чимкенте, и то, те же таксисты, всем, изголодавшимся нахрапом, всей своей привокзальной братией, все сразу, набросившись на тебя, так же разом и отваливают, не пытаясь даже уговорить.

Ташкентские таксисты - это что-то! Нигде так не уважают прямой и искренний диалог, как на Востоке, и стоило им сказать, что ты в затруднительном положении, и тебе очень важно знать истинную картину проезда через Таласский Алатау, для проезда в Бишкек через киргизский г.Ош, особенно в эту зимнюю пору, возможные проблемы на особо сложном перевале, и вообще, возможность другого пути. И вот уже перед тобой совершенно другие люди, заботливые как братья! Только что они хватали тебя за грудки, а теперь уговаривают угостить тебя в кафе. Непостижимый Восток! Цены в кафе, тут же недалеко, куда притащил меня самый "наглый" посадчик, по российским меркам, очень недорогие (около 20 русских руб. за сытный обед ), и я сам желал расплатится! Но весь его темперамент был направлен уже в другое русло, он даже думать запретил мне доставать свой кошелёк. Со стороны можно было подумать, что встретились родные братья, не видевшиеся всю жизнь, так радостно он опекал меня, пытаясь подлить ещё водки и чем то ещё угостить!

V

Таксист, который сидел тут же за нашем столом, обещал отвезти куда угодно, но в начале просто необходимо заехать к нему в гости. Неторопясь посмотреть его дом, большой сад, познакомится с семьёй. Пожить у него маленько, даже остаться у него на неопределённое время. Да....ну прям с полыньи, да в пламя! И, названный брат, не так скоро хотел расставаться. Он попросил пообещать, что в следующий раз я должен приехать к нему со всей семьёй! Такое гостеприимство вообще свойственно в здешних местах, и поэтому просто не вписываются в сознание та ответная "радость", с которой азиатских друзей встречают у нас в России, особенно вспомнив, что им предстоит пройти лишь на пути к ней!

Вспоминаются аналогии с Индией, с которой я нахожу у узбеков очень много схожего. И в чертах лица, и в строении черепа головы, потрясающей музыкальности и любви к танцам. Кисти рук и их движения и какое-то всеобщее, земное братство, позволяющее им легко сходиться друг с другом. Даже любовью к маленьким машинкам, типа Дамас, или организацией общественного питания. Даже ландшафтная панорама, что в районе Самаркнда, или Намангана, что уже в ферганской долине, всё подчёркивает общую схожесть. Особенно разбросанный везде мусор и всеобщую, нескончаемую свалку в окрестностях любого населённого пункта как Индии, так и похожего на него Узбекистана. Я просто уверен, что когда то в древние, исторические времена, часть единого народа покинула Индию и облюбовала западную часть Памира, так похожую на их родину, сохранив до наших времён этническую схожесть. С какой любовью и там и там обустраивают свои жилища, с лепниной и художественной резьбой.

Когда мы появились на центральной улице Хайдаробада, древней столицы Индии, находящейся в дали от популярных, туристических маршрутов, то всё движение многочисленных рикш остановилось. Водители этих транспортных средств, на велосипедной тяге, окружили нас со всех сторон, побросав своих пассажиров, перекрыли всю дорогу, создав плотную пробку и стали дружно на перебой уговаривать нас посетить их скромные жилища. Они, не дождавшись нашего согласия, все одновременно звонили по своим сотовым своим семьям, одновременно обещая, что сейчас привезут к ним русских! Это так было трогательно. Так и двигались мы по улицам с огромной процессией многочисленных сопровождающих. Так и в Узбекистане, сложно было представить, что бы остаться заночевать один на один, на улице. Не позволят. Обязательно найдётся куча предложений посетить их дом, и переночевать у них. Хотя, погрешу от истины, если не найду в этом схожего, во всём этом, среднеазиатском регионе, хотя среди узбеков особенно.

VI

Я не отказался от приглашения. И мы, перевалив Чепкальский хребет, под сумерки въехали в его двор. Небольшой, но широко разбросанный городок, Туракурган, где он жил, является сателлитом крупного города Наманган, и они как близкие спутники сообщаются между собой троллейбусным сообщением. Большой, просто громадный, одноэтажный дом, стал таковым от многочисленных пристроек. Тут, кроме хозяина жили ещё две семьи, его старшего сына и дочери. Огромный, тщательно прибранный сад, с различными фруктовыми деревьями, двор с традиционными для этого края лежанкой и широким навесом под вьющийся виноград. И изящный карниз, оформленный деревянной резьбой. Чувствовалось, что здесь живут трудолюбивые, и не равнодушные к красоте люди.

Дом для узбека больше, чем оборудованная и постоянная ночлежка, это ещё и гордость, крепкий тыл и банковская ячейка. И очень важно, что бы всё это было красиво и пышно устроено, для этого они и устремляются в различные страны с надеждой на заработок и возможность потом отстроится у себя. Этим живут, этим гордятся и это стремятся при случае всем показать. Отстроился сам, помогай детям, что бы все видели, какая у тебя крепкая и дружная семья. Но ещё выше твой престиж и крутость, если ты можешь содержать и второй дом, со второй женой. Вот обо всём этом, не успев ещё вставить ключ в замок зажигания, и поведал мой новый друг. В начале он сказал об этом как бы невзначай, по секрету, но по мере нашего знакомства полностью раскрыл свои мысли. Ещё двигатель не успел завестись, как я уже имел какие-то представления, и на вопрос, как к этому отнеслась твоя супруга, дети, он вооружённый местным детерминизмом, ответил; поплакала маленько, а потом смирилась. А дети, что, они уже большие. Внуки ходят в школу. А ей всего восемнадцать!

Я вспоминаю Солона, приглашённого гражданами Афин на правление за свою мудрость и справедливость, пытающегося создать в те ещё времена, самое благоустроенное общество. В той части своих законов, что касается браков,
"...то Солон уничтожил обычай давать приданное и разрешил невесте приносить с собой только самые не значительные ценности из домашней обстановки. По его мысли, брак не должен быть каким то доходным предприятием или куплей-продажей, и должно иметь целью рождение детей, радость и любовь" ( из жизнеописаний Плутарха ).

Но это видать не совсем актуально для современного Узбекистана, иначе бы не отправлялись тысячи будущих невест в соседнюю Россию за заработками для приданного. Далее Солон не позволяет "насиловать законы природы, устраняя браки не соответствующие возрасту; нельзя допускать союзов запоздалых, безрадостных, не выполняющих дела и цели брака - нет старику, который женится на молодой"

Я ей сразу предложил купить отдельный дом, и содержание. Она и согласилась. Молоденькая жена -продлевает молодость, подытожил он, вот и приходится несколько дней в неделю посвящать другой семье. В солидном облике моего друга трудно было предстивить жгучий образ темпераментного мачо, он более подходил к заслуженному спокойствию, и казалось, что если бы не местные порядки, копался бы у себя на грядках под яблонями и ни о чём бы больше не думал.

Для узбеков очень важно общее мнение и обычаи, и не в традиции их, писать или жаловаться. Их будут обирать, или даже грабить, и никому не придёт в голову как то это опротестовать, так и будут мирится с этим, возлагая всё это на милость и высшую справедливость. И когда я предложил, в ходе беседы, с чем-то, проявить гражданскую активность и как-то бороться за свои права, то натолкнулся на полное нежелание этого делать. Да меня люди просто не поймут! Они отвернутся от меня –был его ответом.

Его "главная" супруга, мило улыбаясь, быстро накрыла большой стол. С различного вида орешками, сохранившимся своим виноградом, самсой из свежей зелени, обязательными лепёшками и всякими сладостями. Хозяин приставил к столу и большую с русской. Мы сидели в огромной гостиной, с высокими сводами искусно расписанного потолка из склеенной фанеры, в виде спускающего купола с большущей люстрой. Богатый арнамент пробегал по всему потолку - работа не из дешёвых, и точно такое же оформление по широким карнизам снаружи дома. Подпирали потолок вдоль возвышающего портика, служащего видимо для возлежания, стилизованные колонны из резных деревянных столбов. Из комнаты выходило шесть дверей, две из которых вели во внутренние дворики, расположенные по обе стороны от дома, а остальные расходились по комнатам.

Да, царский дом простого гражданина, с двадцатью сотками приусадебного огорода, густо засаженного различными культурными деревцами, с быстро бегущим арыком из чистой воды вдоль всего участка. Об арыках хочется подивится отдельно, так всё мудро и продуманно сделано.

Заглянул сосед и присоединился к столу. Подали на смену самсы в виде мантов, шурпу. Хозяйка крутилась не присаживаясь, и на моё приглашение в виде тоста международной Дружбы и за знакомство, только заулыбалась но не присела. За столом садились только мужская половина, постепенно возвращающая отовсюду, после трудового дня. Смотреть на это было не совсем привычно, особенно после дорожного разговора про многожёнство. Хозяин выделил мне отдельную комнату и разрешил жить хоть сколько. Об этом можно было бы только мечтать, но больше одной ночи позволить себе я не мог и уже рано утром он отвёз меня в соседний Наманган. Всё объяснил, переживая за меня и обязательно просил возвращаться на обратном пути.

Для начала я заглянул в первую попавшуюся гостиницу для возможной регистрации, но столкнулся с тем обстоятельством, что у них не было " международной" лицензии, и поселить они могли только местных. В следующей, центральной гостинице, картина повторилась, но за стойкой администратора сидела женщина славянской внешности, что расположило к дополнительной откровенности. Она созвонилась с другими отелями, всё выяснила, и сделав вывод в не разумности такого вида регистрации и его большой затратности ( 15 000 сум -стоимость ночи + $5 бланк регистрации) предложила мне завалявшуюся у неё пустую, регистрационную квитанцию с каким-то штампом. Большего мне и не нужно было! Заполнять я и сам умею. Спасибо Вам за подарок, но имя Ваше я утаю!

Помнится, года четыре назад, мы ездили кататься в Норус, что в Киргизии, и останавливались в Бишкеке. В гостинице у нас пытались забрать паспорта, видимо боялись, что мы стащим последние простыни в по монастырски бедных обстановкой номерах. Мы артачились, объясняя это тем, что любой представитель власти нас в тюрьму сразу посадит без паспорта, в чужой для нас стране. Это подействовало на администрацию, паспорта нам оставили, и забыли забрать расписку в том что гостиница удерживает наши паспорта! Более ценного, чем эта расписка, нам и не требовалось, она заменила нам и регистрацию и успешный проход через таможню, и вообще избавила от всех забот.

В Намангане мне посчастливилось застать бродячий цирк на базаре. С натянутым канатом, с маленьким канатоходцем и длинным шестом, всё как и в старые времена, с большой толпой публики, окружившей представление широким кольцом. Хотел выбрать себе хороший нож. Из клапана, или чёрной стали, с тиснёной надписью на широком лезвии, от народных умельцев. Тем более здешние места славились своими мастерами по металлу. Об этом мне рассказывал в Бухаре молодой кузнец, с наследной кузницей, в шестом поколении, расположенной в старом городе, сразу же на выходе с оживлённой улочки базара. Он показывал свои поковки, в виде ножей, сабель, различной посуды. Его кузня, с горном в первом помещении, переходила через завешанную войлоком дверь в другую, парадную со стеллажами, больше напоминающую музей, вмещающую и украшения и антикварные вещи. Кузнец с удовольствием всё показывал, рассказывал историю каждой вещи, и даже технологию изготовления. Рассказал, как в прошлом, 2006 году, сюда в его кузницу пожаловал российский вице-премьер Медведев, с большой свитой, пожелавший купить себе большущую саблю. Но я ему её подарил, со словами братской дружбы двух народов, рассказывал дипломатически настроенный кузнец, показывая широко расставленными руками величину подарка. Примерно метра полтора, не меньше. Знаменитые чуйские мастера, о которых рассказывал бухарский коваль работали примерно в этих краях, но покупать нож на базаре, без оформления сопроводительной справки было рискованно и рановато, тем более предстояло пройти ещё несколько границ.

VII

Попутно я узнал про возможные места пересечения границы из Узбекистана. Ближайшие таможенные посты, от Намангана, находились в посёлках Касансай (узб) и Ала-Бука на киргизской стороне, местного значения, поэтому нам не туда. Следующий проход на ходился в Учкургане (40 км от Намангана) и далее 10 км, до г. Джалалобад, что уже на территории Киргизии. По нему, мнения расспрашиваемых мною таксистов разделились и я предпочёл более надёжный и самый важный транспортный узел региона в связке Дуслык - Ош. Но для этого надо было добраться до г. Андижан. В каждом населённом пункте Узбекистана, я всегда находил интернет-кафе, каким бы по размеру он не был, с привычными во всём мире программами. И что более любопытно, в южном форпосте России, в "передовом" Оренбурге такового я не нашёл! А на распросы местных жителей, они старались уточнить - это покушать чтобы, или как.....? Да я тоже согласен, что связка не очень удачная...

По дороге я решил посетить моих бывших Ж/Д попутчиков по пути в Ташкент, общие трудности с которыми сдружили. Моя общая тетрадь была просто переполнена новыми адресами, и оставалось только подбивать их под обстоятельства передвижения. Самая тесная дружба по купэ, меня связывала со строителем из колхоза Маш-ал, что в районе г.Мархамат, облюбовавшем себе рабочее место где то на просторах самарской области. Ознакомившись как следует с Андижаном, под вечер я выехал в городок Мархамат, на маршрутном такси. Форд-транзит был переполнен, а водитель всё продолжал подсаживать попутчиков. Мне досталось место впереди, рядом с водителем, так что тесноты я не испытывал, и мы весело беседовали весь путь. Теснота в салоне микровтобуса позади меня не мешала пассажирам принимать самое живейшее участие в нашем разговоре, так что путь проходил в приподнятом настроении. Вот это состояние всеобщего братства так свойственное для узбеков, позволяющее быстро сходится друг с другом, и создавать чувство спаянного временем коллектива, во многом удивительно и приятно.

Продолжая свои индийские аналогии, вспоминаю, как мы, уставшие за длинный день сказочных впечатлений, что начинался часто даже с трёх утра, под самую ночь садились в поезд для отдыха и дальнейшего продвижения. Но разве можно уснуть в обществе весёлых, просто очумелых от счастья общего присутствия, индусов? Поезда сплошь переполненные разношёрстными пассажирами, чувствовавшими себя как дорвавшиеся до долгожданной встречи со старыми приятелями, которых не видели с самого детства, встречали нас песнями и плясками! Можете мне не верить! Я и сам думаю, что всё это приснилось! Но усталость как рукой снимало! Мы, что бы не остаться в долгу, тоже пели русские песни, в основном рождённые революцией, за их мелодичность и лёгкий лад, позволяющий легко взять необходимую нотную высоту. И так каждую ночь. Как только мы смогли физически выдержать почти месяц беглого пребывания в Индии? Индийцы сами с удовольствием любят путешествовать, и купить билет на поезд в нужном направлении порою очень проблематично. Но вагоны общего пользования всегда могут принять дополнительно ещё нескольких страждущих. Хотя бывает и так, что пассажиры сами, после перевыполнения всех допустимых норм переполненности вагона, баррикадируются изнутри и больше никого в него не пускают. Новые пассажиры пытаются взломать двери, призывают на помощь полицию, с кремнёвыми винтовками, которые пытаются и угрожать, и призывать к совести запёршихся изнутри, но те обычно непоколебимы. Не надо думать об общих вагонах как о пристанище для не совсем достойных, напротив, люди здесь самые демократичные и разной социальной принадлежности. Представьте себе сборные из КВН всех команд, и за все сезоны сразу, и всех вместе в одном вагоне, вот такая примерно гремучая смесь и располагается очень плотно по всем полкам. Только ноги отовсюду висят, и светящиеся радостью глаза над белозубыми улыбками. Но место стерегут отчаянно. Стрекочут что-то на своём, и не подпускают! Одну минуту! А потом.....! Всегда рады! Быстро раздвинутся, как-то незаметно, и вот уже и присесть можно. А если видят совсем плох, то как то растворятся, и глядишь, целая полка свободна! Много не говорят, молча всё, и так всё понимающе, и по родному. А уж если песни петь, то подхватывает весь вагон, и место находится для желающих потанцевать. Трудно вообразить всё это, какой-то мюзикл на колёсах, и лучше не ломать голову себе над реальностью происходящего, представьте, что вы спите. Вот я и говорю, что узбеки - это те же индийцы, только чуть постепеннее, не танцуют в вагонах. Может, нелёгкий груз жизненных обстоятельств....

VIII

Так, незаметно, с лёгкой душой, мы въехали на вокзал города Мархамат. Уже сильно потемнело, и когда я стал выходить, водитель велел подождать. Договора, вроде, никакого не было, и я пошёл искать следующее такси до посёлка Палванташ. Но водитель догнал и ещё раз повторил, мол сейчас подойдёт сюда человек и проводит меня куда надо. Когда они успели договорится за меня? Меня как будто кто-то вёл. Скоро, точно подошёл молодой человек и куда-то повёл в сумерки. Потом с кем-то долго договаривался на своём языке, уговаривал. Наконец велел садится в маленькую Тико. Так втроём и поехали искать посёлок Палванташ, спрятанный где-то на краю долины перед близкими от сюда горами. Ни тот, ни другой дороги не знали, и иногда останавливались спросить. Зачем им мои полуночные проблемы? Странные они люди, эти узбеки. Этот парень, я его видел в нашей маршрутке, вёз какие-то сумки, видать, домой. У кого-то оставил их и вызвался меня проводить. Может, пассажиры, на своём языке его попросили и я поэтому не слышал, или он сам, по своей инициативе, такой неравнодушный. Кто я им ? Родственник? Мне этого не понять, как не понять, наверное и многое другое, с моей толстокожестью. Но они всматривались в разбитую до огромных бугров дорогу и единственное что их сейчас волновало, так это то, что оказывается моего друга дома сейчас нет, и что он как уехал полгода назад в Россию, то так ещё и не возвращался. Кто им успел это сказать, до посёлка ещё было километров двадцать? Я уже ни на что не реагировал, и ничему не удивлялся. Ведь мы же с ним вместе, почти две недели назад, вышли в Ташкенте. Когда мы подъезжали к деревне, они уже имели полнейшую информацию. Оказывается, Аликджан Мерзаев, сразу же по приезду в Ташкент слёг в больницу, на операцию, на глаз. Так что, можно было сразу поворачивать назад. Но заехали, и нашли его дом, для этого подсадили в сопровождение односельчанина. Нашли его семью, супругу, вышедшую к воротам с маленьким ребёнком, радушно приглашающую в дом, перекусить и по- пить чайку с дороги, слегка взволнованную от большого количества провожающих. Разумеется я не остался, и мы так же втроём вернулись в Мархамат. Мой поводырь не позволил, в категорической форме, расплатится с таксистом и сделал это сам. Только сообщил, что ночевать буду у него, и тут же позвонил по мобильному домой. Сопротивляться уже не было сил.

Нас уже ждали. Хозяин, крупный и степенный, протянул мне широкую ладонь, а хозяйка приветствовала, склонившись над разгоревшейся печкой. Такие печи, из мазаной глины стоят во всех дворах, в них пекут лепёшки, самсу. Так как на дворе стояла уже плотная ночь, то печку, скорее всего растопили только из за меня. Всё было так естествено для них, как будто они только и ждали меня. И вот он, дорогой гость вернулся. Пока супруга возилась на кухне, глава семьи и отец моего спутника, показывал своё надворное хозяйство. Хорошо говорил на русском, хотя, надо отметить, что по эту сторону Чепкальского хребта заметно меньше встречалось знающих его, и даже на базаре, мно- гие продавцы не могли элементарно объяснить цену своего товара. Показал все удобства, и когда я помыл руки, то заметил, что снаружи уже меня поджидают с полотенцем. Так трогательна их забота и внимание, что просто режут на месте, особенно не привыкшего к такому обхождению.

Из разговора, я понял, что попал в дом влиятельного в этом городе человека, занимающего один из ключевых постов на службе. Я, по известным причинам, не буду представлять его полностью, но своё хорошее знание языка, он объяснил учёбой в московском ВУЗ-е ещё в советское время. Разговор перешёл к столу, привычно богатому, как и в любой хлебосольной семье, с обязательной русской. Хозяйка, произведя последние устройства с огромным подносом из плова, присела на против супруга. Я тут же, это с удовольствием отметил, и по- лучил подтверждение, что в этом доме царит европейская атмосфера полного равноправия. Большая, благополучная семья, старшие уже со своими семьями. Вот и младшему уже подобрали участок под строительство, совсем рядом от отеческого дома - все должны жить по близости.

Утром, дождавшись моего пробуждения, собралось всё семейство. Провожали как навсегда! Как близкие люди! Прощались, с заверениями обязательной встречи! Нам бы так научится! Встречать с искренней радостью, и провожать в тревоге за твою судьбу...

Та естественная простота, с которой встречают им не знакомых людей просто очаровывает. Помнится, когда мы прилетели по приглашению одного интернет-знакомого в Дели, то сам принимающий нас в гости, находился в это время в Нигерии и поручил нас встретить своему другу. В три часа ночи, по местному времени, громко смеясь, сверяясь по фотографии, его товарищ окружил нас такой радостью, как будто ждал нас всю свою жизнь. Привёз нас в семью, которая получила известие о нас буквально за несколько часов, и не спала всю ночь ожидая нас. И потом, стараясь как лучше устроить нам время, организовал целый план встреч и экскурсий. Возили нас по Дели, знакомили с достопримечательностями, приглашали многочисленных родственников и друзей, что бы познакомить их с нами. Это была туго уплотнённая феерия постоянного представления, на высшем уровне! А так как, тот кто нас пригласил задерживался в Африке, то они составили план всеобщего ознакомления со своей страной. Но мы их разочаровали, отправившись в тур самостоятельно. Им оставалось только долго махать нам, стоявшим в тамбуре отходящего поезда, и стараясь от него не отстать. У них был вид, что отняли у них любимую игруш- ку, но обещали скоро вернуть. Мы и вернулись к ним, через три недели. Уже как члены их семьи, с общими воспоминаниями и долгожданными. Их сын, когда вернулся в Дели никак не мог им простить, что они отпустили нас и в ежедневных электронных письмах уговаривал нас побыстрее возвращаться в Дели, ставя в укор незначительность отпущенного нам до отлёта времени.

Ну а я, решив воспользоваться близостью рядом границы сделал ещё одну не удачную попытку перехода через границу в Киргизию. Оказался на пункте местного значения. Пришлось вернутся опять в Мархамат и далее в Андижан, чтобы уже от туда выехать в Дуслык, через который и перейти в киргизский Ош. Пока находился на местной таможне, наблюдал за отлаженной работой контрабандистов. Ко мне сразу же по прибытию на пограничный пункт, подошёл человек и предложил за не большую оплату в 500 сум, перевести на ту сторону. Подошёл открыто, не скрываясь от стоящих тут же одетых в пуленепробиваемые жилеты пограничников. Я уточнил, что мне необходимо прохождение только официальное, со штампами в паспорте о пересечении границы. Таковой услуги не предполагалось. Но то, что я увидел через несколько минут, напоминало мне весёлую кинокартину Гайдая, утрированную до не узнаваемости в рамках жанра комедии. Подъехала маршрутка с группой молодых женщин, и так же колонной из 8-9 человек, проследовали во дворик ближайшего от шлагбаума дома, чтобы через некоторое время уже сесть на противоположной стороне в такую же маршрутку, и продолжать ехать дальше. Так всё просто, и без погонь, работают современные труженики контрабанды! Вот интересно! А пограничники, ежедневно наблюдающие за таким тесным взаимо- Действием со стороны " конкурентов", догадываются о параллельном трафике? Но, я, конечно, смеюсь! Парадокс в том, что это и не считается нужным скрываться! А зачем лишние телодвижения? Это народная дипломатия, с вызовом не к совсем нормальной действительности. Везде по Узбекистану расставлены капитально обустроенные блокпосты на дорогах, как по территории ведущей боевые действия, с большим количеством сотрудников, в бронниках, с автоматами, в касках образца, очень знакомого по ТВ репортажам из районов Ближнего Востока.

IX

Ну во т уже и Дуслык. Пришлось совершить крюк в 25 км обратно до Мархамата, 35 км до Андижана, и около 50 км до этого места. Тут же на местном базарчике, тесно прижавшемуся к погранично- пропускному пункту, обменял остатки узбекских сумов, и перешёл на киргизскую сторону.

Моя рукодельная справка о регистрации на территории Узбекистана, меня не подвела. Хотя её скептическое рассматривание и могло вызвать кучу вопросов, но не в менталитете востока наводить дополнительные справки, делать телефонные звонки в соответствующие инстанции и перепроверять, и по этому её могла бы заменить любая другая, но только с обязательной печатью и подписью. Только предупредили, чтобы в следующий раз обязательно сделал отметку в графе выбыл. Это я сам перестраховался, всё думал? как бы поудобнее.

Киргизия встречала меня буднично. Без парада! Даже отметку о въезде не поставили. Сказали, что тут ты можешь и по внутреннему (общегражданскому) паспорту находиться в Течение 90 дней без регистрации! Правильно! Везде так надо! А этот загран-паспорт, я вообще подозреваю, что он выдаётся только в России! Везде люди выезжают по единому, единственному документу, а тут ещё и менять его через каждые пять (5) лет! С огромными очередями в ОВИРе! Как будто кто то решил поиздеваться. Даже у узбеков всего один, зелёный паспорт, на все случаи жизни!

X

Предстояло преодолеть расстояние в 700 с лишним километров от г Оша, до Бишкека, где меня ждал поезд. С несколькими высокогорными перевалами, 30 - километровым туннелем, пробитым в таласских горах, и с зимней не предсказуемостью. Но я это сам выбрал! Меня предупреждали не однократно и многие! Более того в Намангане ждали, что бы отвести обратно через Ташкент. Но я решил посмотреть всё сам!

Уже через первые сто километров пути, в районе Джалал Абада, нам стали махать встречные и стоящие у обочины машины! Что то видимо произошло, и водитель остановился узнать всё в придорожном кафе. Скоро выяснилось, что где то впереди, высоко в горах сошла лавина! Были только слухи, официальной информации не было никакой! Вновь подъезжающие водители только добавляли слухов, и кафе постепенно начало переполняться. Организовался стихийный штаб из разбросанных по ночной дороге отдельных групп людей, ищущих хоть какой не будь информации. Что очень показательно, разное восприятие произошедшей беды. Если местное население, состоящее в основном из пассажиров, спокойно начало приготовляться ко сну на втором этаже переполненного отеля, то на первом, за столиками шла обычная пьянка! Пили все и водители особенно! Получить достоверную информацию не удавалось даже по работающему в кафе телевизору. Все говорили разное. Что лавина очень редкая, и огромная. Около 600 метров по ширине и высоте более 60 метров! И что ждать придётся не менее трёх-четырё х дней, пока не произведут расчистку! У меня появились первые мысли вернутся назад, и я об этом высказал нашему водителю, уже успевшему хорошо напиться и заговорщицки сидевшему во главе стола с прижавшимся к нему встревоженными пассажирами. Он излишне храбрился, постоянно напоминая о всей своей жизни, проведённой именно на этой дороге, и знакомой ему до каждого камня. Конечно ему не хотелось расставаться со своим клиентом и его финансовым вкладом в его заработок, и он стал горячо меня успокаивать, упрекая в излишней суетливости.

Общая картина, царившая в придорожном отеле, совсем не напоминала что то экстроординарное. И хотя некоторые были с маленькими детьми, даже грудными, атмосфера больше напоминала курортные посиделки. Странное легкомыслие! Ничем не подкреплённый оптимизм вожаков -таксистов, и беспредельное доверие пассажиров, смотрящих им в рот!

Когда в кафе появились два "большегрузных" водителя, слегка выраженной славянcкой внешности и с двумя киргизскими девушками, заказавшими себе лишь только водку, то я сразу же подошёл к ним за свежими новостями. Оказались местными. Они не стали приукрашивать действительность, и рассказали, что лавина сошла в местечке Аллабель, что выше Тактогула, и что по размерам она просто гигантская - она входит в десятку сильнейших лавин мира! - Её уже ждали последние десять лет! - И вот, наконец-то она сошла - закончили они.

На вопрос, сколько времени потребуется для возобновления движения, они только оскалились. Когда она сошла, последний раз в 1995 году, то чистили трассу больше месяца, и то наступившее лето помогло, хотя по масштабам она была гораздо меньше нынешней! А сейчас сошло столько снега, да ещё со скальными обломками! Этот снег, разогретый от движения и теперь сцементированный до крепости бетона, да ещё армированный камнем, будут долго убирать - протянул на слове долго один из водителей. Я вновь перебираюсь к нашему столу. Наш "шеф" ревностно воспринимает моё отсутствие. Но слушает внимательно и в конце, ухмыльнувшись, советует не шлятся особо, и не собирать панические настроения. "На лучше, выпей, и успокойся! Я тут каждый камень знаю! Сорок лет уже езжу, и ни разу! Заметь - он обращается ко мне - Ни разу, больше двух суток не приходилось торчать тут! Это же республиканского значения трасса! Она единственная, что сообщает ошскую долину с остальной страной!" - закончил он. Это меня успокоило, особенно про " республиканского значения"! Он отвёл всю нашу команду на верх спать - Я договорился! А сам, разместив всех, спустился вниз продолжать пить. И когда через какое то время я проснулся, что-то плохо спалос, и спустился вниз к столикам, наш " патрон" был очень пьян! Стол русских тоже был заставлен пустыми бутылками.

Вдруг, среди ночи, заскакивает наш осоловелый водитель и велит срочно вставать, Отправляемся в путь! Все стали молча подниматься, и уже через пару минут собрались около нашей машины. На моё замечание, что он сильно пьян, а дорога горная, и покрыта гололёдом, он успокоил, что машину поведёт не он. А пока, сев за руль, старался вырулить из заставленной за ночь подъехавшими машинами, стоянки. Так же незаметно, и остался за рулём, продолжая вести нас сквозь ночь дальше в горы. Что оставалось делать? Он здесь царь и бог, ему слепо доверяют люди! Даже пьяному! А что добивался я? Сам выбрал этот путь, и теперь должен досмотреть его до самого конца. Каким бы он не был. Да поможет нам бог! И все подняли в верх руки, сомкнув их в ладоши, и помазав ими лицо. Я тоже присоединился к ним в этом порыве.

XI

Подозреваю, что нашему водителю пришла отчаянная мысль о возможном роптании в стройных рядах его подопечных, особенно под утро, когда информация подтвердит самые печальные прогнозы, и он решил проблему весьма превентивно. А отправив своих пассажиров как можно дальше от заселённой долины высоко в горы, и разговоров будет заметно меньше и сговорчивее будут. Да и пил он скорее для политики, потому как день ги успел собрать заранее, и когда я заикнулся о возврате, он только разводил руками, мол бензин, керосин, самса и т. д. Всё выше и круче поднимала нас ночная дорога, приближая к лавине и увеличивая путь к отступлению, хотя такие мысли, судя по созерцательно-туристическим лицам остальных, посещали только меня, пока не уткнулись, под самое утро, в преградивший нам путь, шлагбаум. Всё баста, дальше дороги нет, позади пол тысячи пройденного пути по теперь уже пустынной, перекрытой дороге. Ни в перёд, ни назад. Назад, просто не на чем ехать! А тут собралась длинная колонна из машин, и огромная толпа у милицейского вагончика. Выяснилось, хотя совсем не от представителей властей, а между собравшихся, что картина очень печальная, и хотя прошло уже достаточное время для начала хоть каких то работ по расчистке дороги, работа даже и не начиналась! Пригнали малюсенький трак- тор, и то без запаса солярки, так что надеяться на скорое разрешение не приходилось. Раньше мол, на этом участке трассы работала турецкая, строительная фирма и у них была хорошая техника, которая в таких случаях оперативно выручала, но они ушли, а то что осталось, быстро разворовалось или было сдано на металлолом. На просьбы осветить состояние дел, дежурившие милиционеры, бродившие вокруг шлагбаума с глубоко погруженными руками в своих оттянутых карманах, только ухмылялись, и что то вразумительного сказать не могли. Хотя, постоянные делегации, из вызвавшихся водителей подозрительно постоянно отводившие их в сторону, или на долго заходящие к ним в вагончик, позволяли нашему "поводырю" внушать в нас уверенность.Он запрещал нам выходить из машины, как он выражался, нечего светится, всё уже "на мази", деньги кому надо приплачены и скоро отправимся дальше, сам же не выходил из кафе. Интересно то, что это он говорил каждому из нас по великому секрету, означал сумму взятки, но в разговоре между собой, все заговорщицки называли и другие суммы. Постоянно пьяный "шеф", курортная настроенность многочисленных пассажиров, отсутствие каких либо достоверных сведений, заставляли меня искать альтернативные пути выхода из этой западни. Тут ещё кое какие сомнительные личности, предлагавшие за некоторую сумму перевести пешком через завал, где мол ждут такие же машины, и надо будет только произвести "обмен " пассажирами! Но кто-то говорил, что на той стороне выставлен армейский пост, а тех мол не подкупишь, для того и ставили, мол, и они никого не пропускают. И придётся там сидеть! А там гораздо холоднее и нет строений где можно было бы спрятаться от ветра. А тех, кого уже успели перевести - да, сам видел как Волга, перегруженная людьми проехала через пост, с высшего на то позволения, - так до сих пор и не позвонили! Правда, в горах связь не постоянная, но Бишкек ловился! И если бы они удачно проехали, то по времени давно уже были бы доступны! Говорили, что лавина не одна, а их несколько, и перейдя эту, придётся шагать около 20 км до следующей! А это вверх, в гору, да в условиях высокогорья, с нехваткой кислорода, и низкой температуре! Очередь из людей, подозрительно редела. Куда они исчезали? Толи отсиживались в кафе, толи их уже перевели на ту сторону, может вернулись? Эти мысли заставляли постоянно бегать от одной группы людей к другой, не обращая внимания на шикарную обстановку в природном ландшафте! Потом устал, и успокоился. Взял фотоаппарат и пригласив нового знакомого, предпринимателя, везущего в Бишкек свежую зелень и постоянно созванивающегося с базарными торговцами в Бишкеке, прогуляться по местным окрестностям.

XII

Красотища вокруг потрясающая! Заснеженные вершины, горная, стремительная река заваленная большими булыжниками. Надо благодарить судьбу, что лишь только такой ценой, она позволила обратить внимание на такую благодать! Разве по своей воле пришлось бы вот так свободно, никуда не торопясь, прогуляться вдоль реки, забраться на скальный выступ для исторического фото, надышаться весенним воздухом ущелья ? А всё остальное суета и не стоит того, чтобы мыслями о ней осквернять эту застывшую в вечности созерцательность! Как я оказывается рад всему этому, и пьяной поездке по ночной дороге над пропастью, и встречи с нашим "шефом ", таким чудным человеком, кормящим на свои уже деньги, своих пассажиров! И только теперь становится понятна та беспечность, праздно болтающихся пассажиров, и той семейной пары с тремя малышами, старшему из которых всего года три! С ними ничего не произойдёт! С ними ничего не может произойти, в окружении таких странных и не понятных для меня людей!

Когда, оставаться уже не было смысла, и до поезда оставалось менее суток, я решился возвращаться назад, и окружным путём, длинною в полторы тысячи с лишним километров через Ташкент, добираться до моего поезда! Прощались с крепкими объятиями, мы ведь почти сроднились за эти двое суток тревожной дороги. Они не особо верили, что видят меня в последний раз, ведь по закрытой дороге ничего не ходило, а те что стояли, были с топливом в один конец! Зато я крепко верил, что дорогу всегда осилит идущий!

Меня останавливало пробиваться вперёд только отсутствие достоверной информации. Двигаться, даже пешком, я не боялся. Но вернутся по обратной дороге, это было самым верным и безопасным решением. Меня подобрали утренние "котрабандисты", те что отправили за лавину полную Волгу решившихся, те, кто так отчаянно держал цену этому переходу, с меня они взяли чисто символически! Им даже не пришлось ничего объяснять - странные люди! В этой стране невозможно пропасть! Я просто уверен, что ничего с тем многодетным семейством не случится - что бы ни произошло! В окружении таких людей! В разгар самой ночи они привезли меня в Джалал Абад, но не бросили, а пересадили другому таксисту и строго наказали довести до самого Оша! И цену указали взять с меня как в мирное время и днём! Прожжёные контрабандисты!

XIII

Утром, уже уходил мой поезд. Из Бишкека. А до него по прямой только больше семьсот километров! Через заваленный перевал. Я там уже был. Через Ташкент, это большущий круг! И всего только ночь! Но можно поймать поезд в Чимкенте, там он будет поздно к ночи! А это уже целые сутки! Живём! На ошском вокзале, где я всё это узнал, я пробовал сдать билет, пользуясь объявленной накануне МЧС возможностью, без потерь. Сошедшая лавина давала амнистию на все транспортные поборы! Но то как это выглядело на натуре, оказалось очередной декларацией, и выгоднее было догонять свой поезд почти до самой Москвы!

Здравствуй снова, мой Узбекистан! Андижан! Наманган! Перевал! Ташкент! Ипподром! Юнусобад! Черняевка !!!! Самый неприглядный таможенный переход! Когда будете здесь - составляйте грамотно декларацию, вписав туда самую мелочь! Иначе всё, что окажется лишним, перейдёт в ловкие руки! Так всё по противному и мерзкими пальчиками, будут вырывать у тебя кошелёк, что бы тут же, пользуясь вывернутым и разбросанным содержимым по столу, схватить купюры и тащить их себе в стол! Это изнанка! Срамное место великого народа! Это им дано в нагрузку за всё хорошее! Но если проявить твёрдость, то ничего страшного! Не рекомендую проходить последним, в самом конце смены! Через пустые уже коридоры! С притушенным светом на фоне сверкающих во весь блеск звёзд ночного неба! Содержимое вашего рюкзака, не однаж- ды будет разложено по всему длинному коридору! И сразу несколько следопытов, с великим удовольствием, запустят туда свои пухлые ручки! Поругивая южных соседей, мешающих нормально работать своими наркотиками !

Но всё когда-то кончается. И вот уже меня везут эти же люди, только что с пристрастием обыскивающих мою мыльницу, и закончившие свою смену, на своей машине в Чимкент! Они живут там же. Один из них любитель КВН! Играл сам в вузе. Знает на память многие репризы из показанных по ТВ конкурсов, показал фотографию капитана абхазской команды на своём мобильнике, в обнимку с ним! Шутили! Шутники! Но подвезли до самого вокзала! Когда прощались, все из машины вылезли! Вот и пойми их!

Весь ум в ногах!

Опубликовано: 13.04.2009 20:58:00
Автор: Аабов
Просмотров 1190